Кашлянул жрец, одетый в алый наряд, привлекая наше внимание, стих гомон, и, лившаяся до этого мелодия сменила тональность. Сейчас тонко и нежно звенели струны какого-то неизвестного мне инструмента. Легкий ветерок пробежался по ногам, играя с лепестками цветов и подолом моего платья.
Жрец взмахнул рукой, и на песке вокруг меня и Рафаэля вспыхнули золотистые символы. От них разбежались волны силы, коснулись нас, согревая.
Рафаэль сделал шаг – над нами вспыхнул золотистый купол. Жрец стал читать нараспев слова, которые я так и не уловила. Какой тут, когда рядом стоит мой мужчина, и эта близость едва не сводит с ума. Его ладонь коснулась моей, притянула к себе, не давая и шанса очнуться.
Голос жреца стал громче, пространство за куполом, где мы стояли, словно сузилось, а после и вовсе скрыло нас за мерцающей завесой белого огня. Рафаэль, не сводя с меня глаз, протянул руку и вытащил сгусток пламени, от которого рассыпались искры.
– Соедините ладони, – велел жрец, и огонь оплел наши руки, покалывая кожу, разбегаясь по телу и не причиняя ни капли боли.
– Как вечна пустыня, пусть такой будет и ваша любовь. Как ярки и чисты звезды над ней, пусть горят ваши чувства, освещая путь. Как бесценна здесь капля воды, пусть каждый миг вместе будет для вас так же значим и весом.
Силой первородного пламени, сотканного вашей любовью, связываю ваши судьбы. Будьте достойны этого огня, – торжественно возгласил жрец, и внутри все отозвалось на каждое его слово.
– Пока вечна Вселенная, согласен ли ты, Рафаэль Эрмер стать мужем Гвендолин Линц? Оберегать и защищать ее, быть огнем в ее сердце?
– Согласен, – не отводя взгляда, ответил он.
– Пока вечна Вселенная, согласна ли ты, Гвендолин Линц стать женой Рафаэля Эрмера? Оберегать и защищать его, быть огнем в его сердце?
– Да, – выдохнула я, чувствуя, как внутри все пылает от ненормального счастья, а ноги почти не держат.
И в любимых глазах моего мужчины столько тепла и света, что невозможно дышать.
– Принесите торжественные клятвы, – произнес жрец.
– Я люблю тебя, Гвен, – сказал Рафаэль. – Люблю тебя сильно и всем сердцем. Самая невероятная моя, смелая, желанная. Я так долго искал тебя, что, когда обрел, боялся в это поверить.
У меня подозрительно защипало в глазах.
– Я обещаю быть с тобой рядом, держать за руку над любой пропастью и не отпускать. Клянусь быть верным и искренним, поддерживать и заботиться о тебе. Люблю тебя.
В этих тихих уверенных словах столько нежности и силы, что все, чего мне так отчаянно сейчас хочется, найти его губы.
– Я люблю тебя, Рафаэль, – выдохнула в ответ, и его глаза сверкнули теплой бирюзой. – Каждое мгновение, каждой своей клеточкой… Люблю так, что не мыслю без тебя своей жизни. Мой единственный мужчина.
По телу прошла волна дрожи, а я, вновь заглянув в его глаза, обрела за спиной невидимые крылья.
– Я обещаю быть с тобой рядом, держать за руку над любой пропастью и не отпускать. Клянусь быть верной и искренней, поддерживать и заботиться о тебе. Люблю тебя.
И сил сдержаться больше не осталось. Шаг, и я оказываюсь в объятиях моего мужчины, и его губы приникают ко мне в сладком долгом поцелуе.
– Объявляю вас мужем и женой! – кажется, через вечность возгласил жрец.
Пальцы Рафаэля погладили мое лицо, мы по-прежнему стояли в объятиях друг друга, тонули во взгляде и не находили сил расцепить руки.
Со всех сторон послышались поздравления, нас обсыпали лепестками цветов и мелкой крупой на счастье и благополучие, но я только прижалась крепче к Рафаэлю и тихо рассмеялась.
– Сбежать прямо сейчас не получится, – шепнул мой мужчина.
– Если очень нужно, организуем, – хмыкнул Рик, оказавшись рядом. – У меня весьма находчивая команда.
Я оторвалась от плеча Рафаэля и посмотрела на мужа Тай.
– Тут он прав. Вдвоем за пятнадцать минут оборвать в оранжереи «Странствующей медузы» все кусты роз… это уметь надо! – хмыкнула сестра.
– Так вот откуда цветы! – выдохнула я, и все по-доброму рассмеялись.
Один Рафаэль уткнулся в мои волосы, вдыхая аромат.
К нам пробрался Маркус, вдали мелькнул Эрик, и поздравления пошли с новой силой. Откуда-то появились подушки и подносы с едой и напитками, расставленные на маленькие столики, снова зазвучала музыка, и Рафаэль закружил меня в танце, не отпуская из своих рук ни на миг.
Я не знаю, сколько прошло времени, пока мы танцевали, целовались и кормили друг друга с рук, пока не осознала, что все, чего я сейчас хочу – оказаться наедине с Рафаэлем, стать, наконец, его. Повернулась в его руках, заглянула в любимые глаза.
– Рафаэль, а давай ты меня сейчас украдешь, а? – предложила я.
Он замер, сверкнул глазами.
– Шатер для новобрачных или «Странствующая медуза»? – спросил тихо.
– Первое, – прошептала, не готовая ждать еще больше.
Рафаэль оглянулся, кивнул Маркусу, стоящему неподалеку, бросил взгляд на танцующих Рика и Тай и помог подняться с подушек.
Едва выскользнули наружу, как Рафаэль подхватил меня на руки и направился в сторону озера, где виднелся шатер. Вскоре исчезли голоса, оставляя лишь нас, звездное небо и песок под ногами.
