Я, тряхнув головой, быстро побежала по ступенькам вниз. Димка ждал меня около подъезда, под козырьком, промокший, натянув на голову черный капюшон, засунув руки в карманы темно-синих широких джинсов. Он стоял ко мне спиной, скрестив ноги, и не видел меня. В ушах у него были наушники, поэтому он меня и не услышал.
Я сделала еще более веселое лицо, чем всегда, и хотела уже подойти к нему с приветствием типа "привет, чума в капюшоне", но не стала этого делать, потому как Димка неожиданно закурил от простой черной зажигалки, прикрывая сигарету ладонью от ветра. Это меня насторожило. Нет, это меня расстроило и напугало!
Я подошла к нему и несмело тронула за плечо. Димка сразу же обернулся, окинул меня теплым, мягким, но жадным взглядом, таким, каким родные люди смотрят на друг друга после разлуки, вытащил свободную руку из кармана и осторожно коснулся пряди моих уже белых волос.
— Беленькая, — произнес он без приветствия. — Когда успела?
— Сегодня утром, — призналась я, глядя ему в лицо, по которому все еще стекали стеклянные капельки дождя. Почему он без зонта? Почему его черные глаза такие обеспокоенные? Почему я хочу пожалеть его и обнять?
— Ну да, я с ней встречаюсь. — Сказал он мне теперь уже без объяснений, вновь затягиваясь сигаретой, держа ее двумя пальцами. Раньше я не видела, чтобы наш спортсмен курил. Я без слов взяла сигарету и,0хорошо замахнувшись, выкинула ее.
Дымящаяся сигарета утонула в холодной пузырящейся от дождя луже.
— А, прости, забыл, что ты ненавидишь запах дыма, — произнес Дима, глядя на эту лужу, — прости. Прости.
— Дурак, я не поэтому выкинула. Не надо тебе курить, — отозвалась я, чувствуя виноватой почему-то себя. — Не надо. Понял меня?
Мой голос был не похож на мой обычный, поэтому я добавила:
— Прекращай курить, ясно, Чаща дубовая? Это опасно. Деревья горят долго.
Он кивнул, а я, заметив в кармане его джинсов целую пачку сигарет, потянулась за ними. Димка поймал меня за запястье и мягко отстранил от себя мою руку.
— Не надо, Маша. Не надо.
Он не хочет, чтобы я касалась его? Черт! Ну ему-то я что сделала?
— Почему? Тебе не надо курить. — Упрямо сказала я, сжала губы до боли и продолжала. — Зачем тебе это? Трудно будет бросить, если привыкнешь. Не кури, отдай мне.
— Ты будешь курить? — он поднял брови.
— Если тебе это поможет — буду.
Парень рассмеялся, но пачку все же протянул. Я спрятала ее в кармане. Не дам ему курить. Пусть не портит здоровье. Идиот!
— Так что там у тебя с Князем? — спросила я, растерянная из-за его поведения.
— Я же сказал, мы встречались. — Пожал Дима плечами. Помолчал и все же спросил. — Откуда узнала?
— Просто взяла и узнала. Почему ты это скрывал? Что такого в том, что ты с ней встречаешься? Это из-за Ника? Из-за Ника вы скрываете свои отношения? — выпалила я.
— Нет. Хотя, может быть, и из-за этого тоже. Я уродский друг. — Парень замолчал, явно собираясь с мыслями. — С Ольгой мы… встречаемся давно, еще с февраля. И еще тогда я сказал, что не хочу афишировать наши отношения.
— А почему ты сказал ей сохранить ваши отношения в тайне? — с трудом спросила я.
— Я — скот. Я проводил с ней время, развлекался. А хотел получить другую девчонку.
— Кого? — сказала я, зная ответ.
Он улыбнулся — если эту легкую гримасу можно было назвать улыбкой, и склонил голову, прикрыв костяшками пальцев губы. Мы молчали полминуты, не меньше.
— Тебя, — наконец сказал он, — тебя, Маша. Прости меня.
— За что? — широко раскрыла я глаза.
Может быть, это он все же моя Судьба на букву "Д"? Ну пожалуйста, может быть, это он? Или…
— За то, что я такой тормоз, — прошептал Димка, и я едва расслышала его голос из-за шума дождя, — прости за это. Я люблю тебя, и не смог заставить тебя обратить на себя внимание. Зови меня кретином.
Он влюбился в нее не сразу и не с первого взгляда, конечно же. С первого взгляда она показалась ему самой обычной девчонкой, в меру наглой и веселой. Прикольной, забавной, но никак не самой-самой.
Из всех будущих сокурсников именно с Машей Дима познакомился первой еще при поступлении в университет. Они стояли рядом, задрав головы вверх и касаясь друг друга плечами, около списков с теми счастливчиками, кто был зачислен на специальность "реклама" факультета искусствоведения и культурологи.
— Я поступила, я крута! — возопила она ему едва ли не на ухо. — Парень, я поступила!
— И я тоже, — не верил своему частью молодой человек. Он только что нашел свою фамилию в числе поступивших.
— И ты крут, — великодушно уступила ему часть своей крутости светловолосая девушка. Тогда волосы у Бурундуковой были короткие, как у мальчишки, с длинными боковыми прядями выстриженной полукругом челки, которые доставали до ложбинки на шее.
Они вышли из возбужденной толпы абитуриентов и уставились друг на друга.
— Ты на какой специальности? — спросила его девчонка, улыбаясь.
— Реклама, а ты?
— О! И я! Так мы будем вместе учиться, — обрадовалась она. — Я — Маша, а тебя как зовут?
— Дмитрий.
