Я молилась, чтобы этот кошмар быстрее закончился и с ужасом ждала момента, когда увижу, что мое тело начинает покрываться волдырями и чернеть. Но этого не происходило. Огонь бил по моей коже, словно кнут, но со временем, его языки пламени нежно начали ласкать мою кожу, обдувая её лишь теплом. Я сошла с ума и, наверное, уже в аду. Время шло, боль отступала. Мои легкие наполнялись чёрным дымом с осевшим на стенках пеплом, заставляя отключиться от недостатка кислорода.
И вот свобода. Маленький рай без боли и шума. Но не успев насладиться этим ощущением, как я очнулась от того, что кто-то начал трясти меня за плечи. Я пыталась сфокусировать взгляд. Передо мной был мой самый страшный кошмар – Юлиан.
— Ну здравствуй, Кровавая ведьма.
Лицо этого кретина расплылось в широкой улыбке, а глаза смотрели с огромной долей благоговения. Первое, что я осознала, что больше не была привязана и лежала просто в сгустке пепла и обгорелых деревяшек. Я попыталась встать и броситься на Юлиана, но амбал быстро схватил меня и завёл до ноющей боли мне руки за спину.
Откашлявшись от дыма, я поняла, что совсем голая. Но чувство стыда не успело захватить меня полностью, да и не имело сейчас никакого значения, потому что в нос ударил запах горелого мяса. Он противно ощущался на языке, что хотелось сплюнуть.
Я замотала головой, пока мой взгляд не упал на место, где была моя сестра. А точнее то, что от неё осталось: маленькое обугленное тельце болталось всё еще прикованное к балке. Одежда сгорела, кожи почти нет, чёрные кости, полностью в саже – моя сестра.
Во мне всё загорелось вновь, словно огонь вспыхнул вокруг меня с новой силой, только его не было - это была я. Кровь закипела от ярости, глаза горели, а тело распирало от чего-то сильного, мощного, что просилось, рвалось наружу.
— НЕЕЕЕЕЕТ!
Мой крик был наполнен злобой и отчаянием. Мощной волной он отбросил и повалил всех присутствующих на землю, раскидав их как кегли шаром для боулинга. Резь во всем теле пронзила меня маленькими шипами, которые вонзались глубже. Я закричала вновь до потери в голосе, согнувшись пополам, ударяя кулаками по пыльной земле. Не знаю сколько прошло времени, как пришла в себя, но картина вокруг напоминала фильм ужасов.
Четыре тлеющих костра, к трем из которых были привязаны черные угольки, похожих очертанием на человеческие тела. По поляне в полной отключке разбросаны шестеро мужчин. У кого-то из них текла кровь из глаз, у кого-то из носа, ушей.
Я судорожно глотала воздух, в котором всё еще стоял запах жареного мяса. Живот скрутило и содержимое желудка просилось наружу. Поборов рвотный рефлекс, побежала. Без оглядки, сама не знаю куда, лишь бы подальше от этого места. От слез, что застелили полностью глаза дымкой, я не видела ничего, лишь по насыщенному запаху хвои и иголкам под ногами, поняла, что в лесу. Бежать. Только вперед. Шишки впиваются в ступни. Больно. Бежать. В голове стояли крики девочек. Бежать. Огонь, дикий жар вокруг. Бежать. В последнюю секунду поняла, что ногой зацепилась за корягу, и уже летела лицом вниз. Удар. Боль. Темнота.
Я вытирала безмолвные слезы, которые продолжали катиться по моим щекам. Вот и всё. Комната погрузилась в тишину. Абсолютную. Даже звона не было. Тихо. Совершенно тихо. Сердца не бились и казалось, каждый боялся даже вздохнуть. Было страшно шевелиться, потому что постепенно осознание приходило ко всем.
— Они все погибли из-за меня, — прошептала я после напряженного молчания, которое повисло в комнате от моего рассказа.
— Ты не виновата… — начал Док.
И перед глазами стоит последний взгляд сестры на меня: такой обречённым и смирившейся. Мой храбрый маленький львёнок. Она, наверное, тоже, как и я старалась не кричать, чтобы еще больше не чувствовать боль друг друга.
— Не говори так! И не оправдывай, в этом нет смысла, — мой тяжелый вдох был, наверное, слышан на другом конце континента.
У меня не осталось сил ни плакать, ни думать, ни даже дышать. Я была вымотана.
— Видимо, сильно ударившись об землю при падении, это вызвало временную потерю памяти. А дальше вы сами знаете. Док нашел меня голой в лесу и так далее.
Я умирала в эту секунду и буду продолжать это делать каждую минуту, каждый час, пока буду помнить эти крики подруг и сестры на поляне. А забыть это было невозможно и это никогда не сотрется из памяти.
Я встала с дивана и побрела в направлении своей комнаты.
— Алиша…
— Я хочу побыть одна, — сказала, не оглядываясь на парней.
Они не заслужили такого с ними обращения, но сейчас это был максимум на что я была способна. Отчаянная пустота и полный хаос в душе, всё что во мне осталось. Дойдя до кровати, моё тело просто камнем рухнуло на неё.
***
Я шла в темноте по длинному коридору, который казалось, вёл в никуда, ступая босыми ногами по гладкой плитке и ощущая весь еe холод. Словно сама смерть дышала мне в пятки. Иду, не ведая куда, но упорно и упрямо зачем-то продолжаю свой путь. И вот награда - еле уловимо слышу родной до боли голосок где-то впереди.
