– Именно так. Благодарю, мадам. Теперь мне ясно, что это действительно вы. – Он повернулся к Симону. – В Дювалях видна порода, и вы унаследовали фамильные черты. Кем вы приходитесь Жану-Луи?
– Троюродным братом. – Симон достал из внутреннего кармана сложенные бумаги. – Мы с Сюзанной нарисовали наше фамильное древо, чтобы показать, какая его часть нам известна. Мы подумали, вы сможете заполнить пробелы…
Нотариус развернул перед собой большой лист бумаги, быстро оглядел его и кивнул.
– А… вот вы где, месье Дюваль. Ваш отец, тоже Симон Дюваль, женился на англичанке и переселился в Англию перед самым крахом Амьенского мира. Больше о вашей семейной ветви я ничего не знаю. И я не могу подтвердить вашу личность, поскольку вы никогда не бывали у меня в конторе и не угощались пирожными.
– Его личность могу подтвердить я, – сказала Сюзанна. – Мы с Симоном впервые встретились перед моей свадьбой с Жаном-Луи, на которую были приглашены в том числе и Симон с его родителями. Пышные торжества продолжались две недели, на них собрались почти все родственники. Симон был одним из немногих гостей, близких мне по возрасту, и мы подружились. После свадьбы наши пути надолго разошлись, а несколько месяцев назад мы снова встретились в Лондоне. Так что он бесспорно тот самый Симон Дюваль, с которым я знакома. – Сюзанна подняла руку, и на ней блеснуло золотое обручальное кольцо. – Наша встреча привела к итогу, который вы видите.
Нотариус утвердительно кивнул.
– Да, понимаю. Но поскольку вы вновь вышли замуж, то вам должно быть достоверно известно, что Жан-Луи мертв.
Сюзанна коротко рассказала о том, что произошло тихо вздохнула:
– Он погиб у меня на глазах, так что в этом нет ни малейших сомнений.
Нотариус молча выслушал ее, потом произнес:
– Благодарю. Сожалею, что был вынужден подвергнуть вас таким расспросам, но теперь у меня есть подтверждения.
В дверь тихонько постучали, и двое слуг внесли подносы с угощением и напитками. Месье Морель явно счел посетителей важными особами, так как на подносах красовались маленькие аппетитные сандвичи, горячие сырные палочки, а также сладости, в том числе – о радость! – те самые пирожные, о которых вспоминала Сюзанна. И вдобавок – кофе, жасминовый чай и вино.
Пока гости угощались, Морель снова принялся рассматривать их семейное древо и делать на нем пометки, а дойдя до нижних ветвей, вдруг замер.
– Вы вписали сюда Филиппа Дюваля. Он вам известен?
– Они с женой в настоящее время живут в нашем доме в Брюсселе, – ответила Сюзанна. – Очевидно, и вы о нем слышали. У вас есть копия завещания Жана-Луи? И если да, упомянут ли в нем Филипп?
Нотариус снял очки и тщательно протер.
– Это щекотливый вопрос, мадам графиня… А когда вы узнали о существовании Филиппа?
– Меньше двух недель назад. Мы с Симоном побывали в Шато-Шамброне, чтобы выяснить, в каком состоянии поместье, и обнаружили, что замок почти полностью сгорел, а Филипп и его жена, оказавшиеся в отчаянном положении, вынуждены были ютиться в руинах.
– И вас не расстроило то обстоятельство, что у вашего бывшего мужа имелся внебрачный сын, существование которого он скрывал от вас? – с любопытством осведомился Морель.
Сюзанна пожала плечами.
– Не особенно. Жан-Луи никогда ничем со мной не делился, а Филиппа убедил, что он его законный сын. Молодому человеку хочется в это верить, но он сомневается…
– И правильно делает. Жан-Луи ни единым словом не дал мне понять, что его сын – плод законного брака. – Нотариус хмыкнул и добавил: – Боюсь, ваш покойный муж оставил свои дела в полнейшем беспорядке.
– И это еще мягко сказано, – вмешался Симон, доставая из кармана доверенность, полученную от Филиппа, и протягивая ее нотариусу. – Все мы заинтересованы в том, чтобы услышать от вас пояснения насчет имущества Жана-Луи.
Морель внимательно изучил доверенность, в том числе – подписи свидетелей.
– С бумагой все в порядке. – Он откинулся на спинку кресла и вновь переплел пальцы. – Вы оба вправе знать суть завещания и его подробности. Это весьма необычный документ. Могу предоставить его вам на изучение здесь, у меня в кабинете, или, если желаете, коротко перескажу содержание пунктов, имеющих отношение непосредственно к вам.
– Перескажите, будьте добры, – попросила Сюзанна.
Нотариус взглянул на Симона.
– Титул графа де Шамброна переходит к вам. Могу заявить с достаточной степенью уверенности, что всех наследников, ранее стоявших между вами и титулом Жана-Луи, уже нет в живых. Мои поздравления, месье граф.
Долгую минуту Симон молчал, потом пробормотал:
– Сожалею, что умерло столько моих родственников.
– Получение наследства – событие с оттенками сладости и горечи, – заметил нотариус. – Если вам от этого станет легче, добавлю: ни недвижимости, ни денег к титулу не прилагается. Собственно говоря, вы унаследовали также церемониальные регалии, соответствующие титулу, но я понятия не имею, где они могут находиться.
– Вероятнее всего – на дне морском, – сухо заметила Сюзанна. – Жан-Луи наверняка взял атрибуты титула с собой в Неаполь в подтверждение своей знатности.
Симон пожал плечами.
