– Не очень-то респектабельный цвет, верно? – Сюзанна приложила к себе платье, показывая не только цвет, но и скандально низкий вырез лифа. – Не знаю, отважусь ли я появиться в нем прилюдно, но… – Она выдержала паузу. – Думаю, полковник будет рад увидеть его на мне в приватной обстановке. Только не упоминайте об этом платье. Пусть оно останется сюрпризом для подходящего случая.
Дженни заговорщически улыбнулась.
– Не проговорюсь даже Эдгару.
Решив сменить тему, Сюзанна подхватила:
– А он заметно повеселел в последнее время.
– О да! Стал почти таким же, как прежде. У него ведь теперь есть работа, и он приносит пользу. А упражнения, которые посоветовал ему полковник, очень помогают. Левая рука, конечно, уже не та, какой была когда-то, но теперь стала гораздо лучше. Он справляется почти с любым делом.
– И даже с ласками своей возлюбленной? – пошутила Сюзанна.
Дженни вспыхнула, извинилась и поспешно вышла. Улыбаясь, Сюзанна закончила подшивать подол алого платья, затем тщательно завернула его в простую льняную ткань и уложила на самое дно дорожного сундука. Может, это платье, как и пистолеты, ей не понадобится, но было приятно сознавать, что она готова ко всему.
За два дня до запланированного отъезда, когда Сюзанна укладывала последние вещи, Симон вошел в спальню с букетом ароматных весенних цветов и галантным жестом вручил их жене.
– Для прелестнейшей из дам – ma belle!
– Как мило! – Она уткнулась лицом в букет, наслаждаясь тонким ароматом цветов. И вдруг заметила, что среди них что-то спрятано. Охваченная любопытством, Сюзанна раздвинула стебли и обнаружила маленький аккуратный кинжал в кожаных ножнах. В изумлении заморгав, она вынула его.
– Какой ты романтичный, mon chéri! – Она прижала кинжал к сердцу. – Цветы увянут, а кинжал останется.
Симон усмехнулся.
– Я подумал, что если уж я рискую получить новые увечья, то лучше позаботиться о цветах заранее. Эти ножны можно пристегнуть к щиколотке или к бедру. Или же спрятать под корсетом. Попробуй разные способы, чтобы выяснить, где тебе удобнее носить кинжал и проще доставать его.
– А ты покажешь мне, как им пользоваться? Наверняка существуют какие-нибудь хитроумные приемы.
– Я предпочитаю держать кинжал острием вверх, чтобы наносить удары снизу. – Не вынимая кинжал из ножен, Симон показал, как именно следовало действовать. – Удар, наносимый сверху, отразить проще, чем направленный снизу вверх.
Сюзанна взяла у мужа ножны с кинжалом и попробовала повторить оба удара.
– Теперь понимаю, о чем ты… – Она вынула кинжал из ножен и внимательно осмотрела его. – Прелестный, маленький и мне как раз по руке.
– Как и пистолетами, пользоваться холодным оружием должно быть удобно и легко. Чем быстрее ты отреагируешь в случае опасности, тем лучше. А если придется задумываться о том, что ты делаешь, то может оказаться слишком поздно.
С кинжалом в ножнах они устроили пробный поединок, чтобы Сюзанна лучше представила, как обращаться с холодным оружием.
– А ты действуешь довольно быстро, – одобрительно кивнул Симон, уворачиваясь от удара, который пришелся бы ему в живот.
– Я еще потренируюсь, чтобы освоиться, – пообещала Сюзанна. Сев на край кровати, она с лукавой улыбкой приподняла юбки. – А теперь попробуем определить, где лучше носить кинжал?
Глаза Симона потемнели. Он ухватил жену за щиколотку, наклонившись, поцеловал ее ножку и прохрипел:
– Для этого понадобится время.
– Время у нас есть. – Сюзанна увлекла его за собой на постель.
И оба расхохотались; ни один из них не собирался скрывать свои намерения.
Супруги прекрасно знали, чем порадовать друг друга, и вскоре смех сменился стонами и глухими криками. Сюзанна извивалась от ласк мужа, а потом со сладостной дрожью затихла в изнеможении.
Пытаясь отдышаться, она размышляла о том, когда же наконец сможет отдаться Симону по-настоящему. От одной мысли об этом у нее замирало сердце, и приходилось вновь заставлять себя расслабиться. Они уже прошли такой долгий путь, и наверняка когда-нибудь она будет готова к супружеской близости во всей ее полноте.
А пока Сюзанна прилагала все старания, чтобы ласками довести мужа до безумия. И прекрасно с этим справлялась.
За день до отъезда, застав Сюзанну в тот момент, когда она пришивала ленту к своей простенькой шляпке, Симон спросил:
– Ты не сходишь со мной, чтобы серьезно поговорить с Филиппом? К тебе он относится с меньшим подозрением, чем ко мне.
Сюзанна отложила шляпку и встала.
– Что ж, я готова.
Подавая ей руку, Симон предупредил:
– Но имей в виду: этот разговор он скорее всего воспримет в штыки.
Они поднялись к спальне Филиппа, и Симон постучал. Мари отозвалась из-за двери:
– Войдите!
Мари с мужем сидели бок о бок на диване за утренним кофе. Филипп уже окреп настолько, что мог пройти несколько шагов, но все еще был слаб. Симон отметил, что выглядел он теперь гораздо лучше, чем при первой их встрече в разрушенном замке.
Увидев гостей, молодой человек вскинул брови.
– Вы пришли, чтобы выставить нас из дома, раз нам полегчало?
– Какой вздор! – возмутилась Сюзанна. – Мы пришли поговорить о деле.
– Не буду вам мешать. – Мари встала.
