АНЯ. Или отец, когда жив был. Тоже постоянно: ты должна это, то, пятое, десятое. Я спрашиваю — почему? Ты, доктор наук, ответь — почему должна? Кому должна? И он не мог ответить! Нет, он говорил что-то там про общество, а я говорю: минутку! Что я себе должна, вот в чем вопрос! И на него могу ответить только я!
ЯН. Борис меня зовет, это друг мой, зовет в Штаты, он в Штатах живет, у него там свое дело, говорит, с твоей головой… А сам глубоко несчастный человек, только не признается! Потому что он не принадлежит сам себе!
АНЯ. Продам все и поеду куда-нибудь… Берег моря, бунгало…
ЯН. Можно я скажу?
АНЯ. Говори.
ЯН. Как я могу говорить, если ты мне слова не даешь сказать?
АНЯ. Говори, говори, я слушаю.
ЯН. Ты не слушаешь. (
АНЯ. А чего ты за стаканы хватаешься? Разбить хочешь? Разбей. Будь свободным!
ЯН. Ты считаешь, я не свободен?
АНЯ. Нет, конечно.
Ян разбивает стакан. Аня разбивает чашку. Ян разбивает тарелку. Аня — еще одну чашку. Ян бросает на пол вилку. Аня бросает вилку в его сторону. Ян хватает нож и бросает его в сторону Ани. Она вскакивает, отбегает. Ян бросает в нее чашку, тарелку, все, что попадется под руку. Аня увертывается, потом скрывается за дверью. Ян продолжает кидать предметы в сторону двери. Но вот замирает с поднятой рукой — входит Инна. Инна подходит к Яну, берет у него то, что в руке. И бьет по лицу полновесным мужским ударом — кулаком. Ян сползает на пол.
ИННА. Навеселился?
ЯН. Ты все не так поняла. Это просто знакомая.
ИННА. Хочешь в Москву — уезжай!
ЯН. Как я уеду? Ты же против. Я с тобой советовался…
ИННА. А ты нее советуйся с бабой, родной, ты езжай — и все! Советовался он! В древние времена мужики не советовались с женами: «Милая, можно я на войну схожу?» Они шли — и все! Или ты хочешь сдохнуть мирной смертью? Подыхай — мне все равно!
Она уходит. Ян сначала передвигается на четвереньках, потом с трудом встает, уходит заплетающимися шагами.
Мурат Насыров, «Мальчик хочет в Тамбов». Или «Балаган лимитед», «Че те надо».
Ян и Инна говорят друг с другом по телефону (переносные радио-трубки). Ян одновременно работает за компьютером.
ЯН. Главное, я нашел тему, как тут говорят. Боря, конечно, помог, но тема моя. Я же специалист по стеклокаркасным конструкциям. Атриумы, переходы застекленные, потолки, сейчас на это большой спрос. Крышую Москву, можно сказать. У меня будет своя фирма, я уже оформляю документы. Нашел двух молодых ребят, отличные ребята…
ИННА. И секретарша?
ЯН. Зачем?
ИННА. Какой же офис без секретарши?
ЯН. Офиса пока нет, работаю на квартире. В общем, года через два расплачусь в Борей, перевезу вас сюда. А через шесть лет возьму к себе в фирму Костика.
ИННА. Он не хочет поступать. Похоже, он даже школу не собирается заканчивать.
ЯН. Почему?
ИННА. Не знаю. Говорит: не вижу смысла.
ЯН. Кем он будет работать без образования?
ИННА. Он хочет играть.
ЯН. Во что?
ИННА. Не во что, а что. Он хочет играть рок-н-ролл.
ЯН. Когда он успел им увлечься? Он даже играть ни на чем не умел.
ИННА. Научился. Бас-гитарист теперь.
ЯН. Рок-н-ролл умер, он слышал об этом? Попса, только попса!
ИННА. Он говорит: рок-н-рол умер, но я еще жив.
ЯН. Это не он говорит.
ИННА. Я знаю.
ЯН. Многие люди сначала получили образование, а уж потом… Потом, если есть талант, пусть играет, ладно. А если нет? Тогда профессия нужна позарез! Половина рок-н-рольщиков — архитекторы!
ИННА. Скажи ему это сам.
ЯН. Хорошо. Дай ему трубку.
Инна идет с трубкой в комнату. Ян ждет. Слышит голос сына.
ЯН. Костя… Послушай меня…
Звонок в дверь, Ян идет открывать.
«Белый орел», «Потому что нельзя быть на свете красивой такой».
Инна входит в пространство большой квартиры. Осматривает ее. Входит Ян с сумками.
ЯН. Я один таскать все должен? Где молодежь?
ИННА. Осматривают свои комнаты. Для съемного варианта три комнаты — не слишком? Перебились бы в двух.
