После перечня компонентов шел структурированный рецепт приготовления зелья. Для того, чтобы разобраться со всеми тонкостями, Лине пришлось перерыть чуть ли половину академической библиотеки. Ее интересовали секции про лекарственные травы, настойки и выжимки, стеллажи по напиткам, как способным навредить демону, так и помогающему ему сохранить свои силы, полки, отведенные под томики с ядами, и пришлось даже обратиться к фоллиантам, в которых сквозь строки проступали запретные темы.
Огромный объем информации, от которой голова шла кругом.
И все же именно книги помогли ей наиболее корректно отделять компонент от компонента, не растрачивая при этом половину имеющегося элексира.
Сидя за деревянным столом в тишине научной обители, киосса ухмыльнулась, вспоминая, как подтрунивала над сестрой, когда Гиса вот также собирала перед собой целую стопочку трудов, не отрываясь даже на трапезы. А теперь она также увлечена учебой, не отвлекаясь на посторонние раздражители. Ирония судьбы, как ни посмотри.
Состав жидкости поверг демоницу в смятение. Лина никак не могла понять, зачем Персивалю настойка, применяемая в ее семье при лечении после тяжелых травм.
Те же ингредиенты. Тот же цвет и запах.
Киосса даже рискнула попробовать выданный пузырек, на всякий случай положив на тумбочку таблетку, которая сумела бы предотвратить моментальное отравление. Однако бояться было нечего. Этот вкус она помнила с детства. Пускай и получала в своей жизни флакончики с прозрачным содержимым несколько раз за всю жизнь. Один раз, когда вместе с сестрой решила испробовать сильное заклинание, отыскав в какой-то старинной книге дедушки Альморона, второй — после испытания в день своего человеческого совершеннолетия, и последний — после целого дня в воздухе. Тогда они с Элгиссиорой решили опробовать демонические крылья, отправившись в Ионтон вместо того, чтобы участвовать на заседании Совета.
Каждый раз они испытывали перегрузки, как физические, так магические и эмоциональные. Приема лекарства хватало в однократном количестве, остальное творила регенерация. Но вот Персиваль… просил восстанавливающую эссенцию только ли из-за пролома ректорской защиты на поле? Что вообще она знает о нем? Где находится Айнелиас в часы, когда расписание занятий у первого курса обходит стороной профильный предмет? Чем он занят? И что делает после того, как в Академии наступает комендантский час?
А, кроме всего прочего, откуда у него оказался древний рецепт, который знал лишь домашний лекарь королевской четы?
Если Миллинарса правильно понимала суть секрета, это лекарство не должно было покидать пределы дворца. Ни в Аминсе, ни в Ионтоне. Привилегия пить подобные зелья оставались лишь за правящей верхушкой.
К тому же… активирующий компонент содержимого маленькой бутылочки — кровь Высшего демона. Без доступа к кому-либо из ее семьи получить правильный состав было невозможно.
Этот флакон Персиваль получил в дар от кого-то из ее родителей? За какие заслуги?
Разумеется, девушка не ставила под сомнение возможности геуна Айнелиаса в вопросах придворной службы, но… зелье, восстанавливающее порвавшиеся магические связи — оружие в руках киосов. Стоит распространить о нем знания, и вера в несокрушимость Высших пошатнется. Народу станет известно, что киосы не так уж и непобедимы, как это принято считать повсеместно.
Да, та же киосса Араи, любимица двух государств, Помеченная Гисхильдисом, быть может, и справится с истощением на порядок быстрее среднестатистического демона, хотя ее кровь наполовину разбавлена человеческой, но и ей для полного восстановления необходимы не то что часы, а дни. Настойка сокращает количество суток, необходимых для возвращения в строй.
Чем большей Энергией ты обладаешь, тем более могущественные заклятья можешь применять, и тем быстрее устаешь. Логичная формула, с поправкой на секретный ингредиент, помогающий увеличить резервы организма в экстренных случаях.
А ведь все считают, что короли не прибегают ни к чему подобному, практически моментально готовые вновь принимать удары.
Опасный секрет.
И он оказался в руках Персиваля Айнелиаса.
В первый момент, как только Миллинарсе удалось распознать, что же именно плещется за стеклом, ее сердце замерло.
Перси все же знает о том, что она — это принцесса? И наказание с бутылью — изощренный способ заставить ее сбросить Морок и признаться, глядя ему в глаза?
Но в какой момент он понял об обмане?
Не с самого ли начала все знал? И молчал.
Но в этом нет никакой логики. Или есть?
Он скрывал узнавание по той же причине, что и она, увидев его? Решил придерживаться нейтралитета, пока они за пределами континента?
Или ее мысли пошли намного дальше истины?
Допустим, Персиваль действительно чем-то заслужил от дедушки Римонда поощрение… и тутже был сослан на остров?
