— Я действительно извиняюсь за недостаток уединения, миледи, — искренне пробормотал он, — но я не осмеливаюсь оставить вас одну.
— Почему нет? — с любопытством спросила она. Странно, но голос у нее почему-то охрип.
— Почему нет? — переспросил он, справившись наконец с завязками и аккуратно потянув за одну из них.
Он посмотрел ей в глаза, и она поняла, что он что-то скрывает. Она мгновенно насторожилась.
— Эль Галло
Он отвел глаза всего на мгновение, но и этого оказалось достаточно.
— Что случилось? — спросила она, не будучи уверена, что хочет все знать.
Дункан нахмурился, в равной мере не будучи уверенным, что ему хочется отвечать. Он провел указательным пальцем по ширме.
— Все пошло не совсем так.
— Вы потерпели неудачу?
Так нельзя было говорить. Он выпрямился во весь рост и грозно уставился на нее.
— Нет, я не потерпел неудачу, — сухо ответил он. — Я спас нас обоих с корабля. У вас есть крыша над головой, и вас ждет горячая ванна.
— Но Эль Галло на свободе, и, вероятно, он разыскивает нас со своей бандой пиратов.
Он сжал губы.
— Пока вы находитесь рядом со мной, вы будете в безопасности.
— В гостинице? Да хранит меня Господь от хитроумных крестьян, — пробормотала Лине, глядя в потолок. — Разве вам не приходило в голову, что гостиница станет первым место: куда он решит заглянуть?
Дункан стиснул зубы: она снова оскорбляла его.
— Вы маленькая недоверчивая сучка, — проворчал он.
Я не совсем идиот. Я бы не привел вас туда, где вам угрожала бы опасность.
— Но это же так очевидно! В гостиницу? — не веря своим ушам, переспросила она.
— Это не просто гостиница, — с триумфом провозгласи он. — Это публичный дом.
Тишина, в которой прозвучало его заявление, казалась такой оглушающей, что он слышал, как с куртки Лине падают на пол капли воды.
Глава 10
— Ему и в голову не придет искать нас здесь, — объяснил он. — А женщины в таких местах не отличаются любопытством.
От возмущения Лине лишилась дара речи.
— Вы привели меня в... — она не могла даже выговорить эти слова.
Она бросилась к кровати, схватила сапожки. У двери она обернулась, чтобы высказать Дункану все, что она о нем думает. Но у нее не было слов. Она распахнула дверь и вышла.
Она не была готова к тому, что предстало перед ее глазами. В конце длинного коридора стояли две толстенькие ярко накрашенные шлюхи, на которых не было практически ничего, за исключением пары шнурков, размещенных в «стратегически важных местах». С другой стороны, пошатываясь, на нее шел подвыпивший лорд, поддерживаемый проститутками. Заметив застывшую в дверях Лине, он стал проявлять к ней безудержный интерес, грубыми жестами показывая, что он хочет с ней сделать.
Лине юркнула обратно в комнату, захлопнув дверь с таким грохотом, что с потолка посыпалась штукатурка.
— Я не могу... уйти прямо сейчас, — с ужасом прошептала она, роняя сапожки на пол.
Дункан подавил улыбку. Интересно, что она там увидела?
— Разумеется, я не могу и остаться, — заявила она, меряя комнату шагами. — Вы знаете, что здесь творится?
Он вопросительно приподнял брови.
— Еще бы вы не знали, — ответила она сама себе. — Вероятно, вы посещаете подобные места, как только у вас появляется лишнее пенни.
Дункан подумал: учитывая, сколько у него было «лишних пенни», времени на что-либо другое у него бы просто не осталось.
— Уверяю вас, — сказал он, — завтра мы уедем.
— Завтра?
— А до тех пор советую вам от души наслаждаться тем, что есть в нашем распоряжении, — хорошая еда, теплая постель...
— Завтра? — глаза у нее расширились. — Я не буду спать... в таком месте.
— Полагаю, вы также передумали и насчет ванны? — сухо поинтересовался он.
Она заколебалась — мысль о теплой успокаивающей воде была очень соблазнительна — и неохотно кивнула головой.
— Абсолютно. Я — де Монфор, — сказала она с таким видом, словно это все объясняло. — Вы должны увести меня отсюда как можно...
Пока она разглагольствовала, он уселся на постель и стал снимать башмаки.
— Что вы делаете? — спросила она.
— Вы же сказали, что не хотите купаться.
— Да. И я хочу, чтобы вы увели меня... Что вы делаете? — снова спросила она, когда Дункан начал расстегивать куртку. Ее голос от волнения стал резким и скрипучим.
— Вода остывает, — рассудительно заметил он.
— Но вы же не собираетесь...
— Не вижу никакого смысла в том, чтобы пропадала приготовленная ванна.
— Но... — Лине явно оказалась в затруднительном положении. Она не осмеливалась снова выйти в коридор, но и оставаться здесь она не могла, раз уж цыган... Господи Иисусе, он стягивал куртку и рубашку. У нее перехватило дыхание. Дева Мария, нахал даже не счел нужным скрыться за ширмой. Безусловно, такой великолепный торс не следовало скрывать. Он был прекрасно сложен — широкие плечи, мускулистые руки, плоский живот с черными курчавыми волосами. Вдруг она осознала, что не может оторвать от него глаз.
— Вы можете отвернуться в любой момент, — поддразнил он, словно читая ее мысли.