Теперь его губы прижались к моим, касаясь, но еще не целуя. Сердце колотилось о грудную клетку, грозя разорвать ее, сигануть между нами и забрызгать его белоснежную рубашку кровью. Глаза закрылись будто сами по себе.
Губы были готовы ощутить уже почти ставшее знакомым тепло. Но вместо того, чтобы вновь оказаться в его вызывающих привыкание объятиях, я ощутила, как холодный воздух ударил в лицо. Я открыла глаза и увидела, что Ромео стоит в двух шагах от меня и смотрит с усмешкой.
– Такая наивная. – Он хмыкнул. – Будет исключительно весело тебя сломить.
Олли фБ: Невеста выглядела восхитительно.
Ромео Коста: Сейчас же вымой глаза с хлоркой. Она не твоя, и не тебе на нее смотреть.
Олли фБ: Ее сестра, кстати, тоже.
Ромео Коста: Малолетка.
Олли фБ: Брось, Ром. Мы оба знаем, что я слишком богат, чтобы увидеть тюремную камеру изнутри.
Зак Сан: Кто-нибудь может удалить призрака Дэвида Боуи из чата?
Ромео Коста удалил Олли фБ из чата.
Зак Сан: Почему после разговора с Олли у меня всегда возникает чувство, что мне нужен долгий горячий душ?
Ромео Коста: Потому что он – само сексуальное домогательство в костюме от Тома Форда?
Зак Сан: Денвер рада предстоящей поездке в Париж?
Ромео Коста: Я видел кошек, которые больше рады своему купанию.
Зак Сан: Ты не думал попытаться наладить с ней отношения?
Ромео Коста: Ни разу.
Зак Сан: А есть более развернутая версия этого ответа?
Ромео Коста: Думаю, что поезд ушел в тот день, когда я силой притащил ее в незнакомый штат, чтобы она жила в доме, который ей не нравится, и вышла за мужчину, которого люто ненавидит.
Олли фБ вошел в чат.
Ромео Коста: Как так вышло?
Олли фБ: У меня есть программист-разработчик на ставке. @ZachSun свел меня с ним несколько месяцев назад, когда мне пришлось решать кризисную ситуацию с фотками члена.
Зак Сан: Кризисную ситуацию с подходящим названием. «Из жизни членистоногих».
Ромео Коста: НА СТАВКЕ?
Олли фБ: @ZachSun, твой талант в копирайтинге пропадает впустую.
Ромео Коста: Повторяю: НА СТАВКЕ?
Олли фБ: Ты удивишься, как часто я попадаю впросак из-за контента, который рассылаю.
Ромео Коста: Что-то мне подсказывает, что я вовсе не удивлюсь.
Олли фБ: Значит, младшая Таунсенд несвободна?
Ромео Коста: МЛАДШАЯ ТАУНСЕНД ЕЩЕ УЧИТСЯ В ГРЕБАНОМ КОЛЛЕДЖЕ.
Олли фБ: Мне неприятно это говорить, Коста, но ты всегда был ханжой. Правда, Зак?
Зак Сан вышел из чата.
Ромео Коста вышел из чата.
Олли фБ: Какой драматизм. Ставлю свою пятую яхту на то, что девчонке уже исполнилось восемнадцать.
Даллас Таунсенд напоминала мне феникса, восставшего из пепла ее дурных решений. Источник вдохновения для бездельничающих масс.
В сегодняшнем эпизоде Печенька напилась до потери сознания. С тех пор как я сообщил ей трагическую новость о предстоящем свадебном путешествии, она лакала шампанское, невнятно благодаря гостей и зигзагами шатаясь по залу.
Если не брать во внимание ее привлекательную внешность, то мне доводилось видеть офисную мебель, с которой приятнее проводить время, чем с ней.
Ситуацию усугубляло еще и то, что она опозорила нас обоих, по всей видимости, выпустив свою внутреннюю пьяную тетку с рождественского застолья, тараторившую достаточно громко, чтобы ее было слышно на Южном полюсе.
Ее семья не вмешивалась в это представление. Шеп занимался делами, а Наташа посвятила все свои силы поиску подходящей пары для другого опасного создания, которое породила.
А Фрэнклин… Фрэнклин прекрасно знала, как сильно пьяна Даллас. Она допустила это, зная, что я не переношу публичные скандалы.
То, что мне удалось погрузить Печеньку на борт моего частного самолета, не лишившись при этом глаза, – самое настоящее чудо. Мы летели в Париж, а уровень радостного предвкушения застыл где-то между трехдневным математическим марафоном и похоронами.
– Кажется, меня сейчас стошнит, – объявила Даллас, хватаясь за живот. Она все еще была в свадебном платье, а ее лицо стало таким зеленым, каким мог похвастаться только Гринч.
– Потрясающе. – Я перевернул страницу газеты.
Она застонала, откинув голову на подголовник.
– Я почти уверена, что меня вот-вот вырвет прямо на платье.
Судя по всему, у нее алкогольное отравление. А я-то думал, что, выбрав непривлекательных пилотов за шестьдесят, гарантирую, что полет пройдет без происшествий.
Я бегло просмотрел страницу и перешел к следующей.
– Незачем описывать свою жизнь вслух. Правда, мне все равно.
– Ты что, даже не поможешь?
– Нет.
– Ладно. Видимо, тогда просто заблюю весь твой частный самолет, чтобы он вонял до скончания века.
Я со стоном встал со своего кресла, взял ее на руки, как новобрачную, и понес в уборную. Она обмякла в моих руках. Я задумался, не стоит ли развернуться и отвезти ее в больницу.
