Портрет бабушки Айжамал повесила на видном месте в своем нукусском отеле, Jipek Joli. Мама Айжамал – последний, седьмой ребенок Айымхан и Амета Шамуратовых, родившаяся за месяц до скоропостижной кончины отца. «Бабушка осталась вдовой в тридцать шесть, с семерыми детьми на руках, – рассказывает Айжамал, одновременно показывая мне на кухне отеля, как делаются из джугарной муки клецки для
«Бабушка ведь ушла из дома, и ее прокляли», – продолжает Айжамал. Несмотря на то что каракалпачки никогда не носили паранджи, для традиционного общества, в котором выросла и воспитывалась ее бабушка, выступления женщины на сцене были делом возмутительным. Однажды в аул, в котором жила семья, пришла газета, где была изображена сцена, в которой героиня Аыймхан погибает. Семья зарезала единственную корову и отправила брата Айымхан с этим мясом в Турткуль, первую каракалпакскую столицу, для проведения поминок. Добравшись через неделю до места, тот пришел в театр и увидел сестру, живую и невредимую, на сцене. И благословил ее от лица всей семьи.
Во время войны Айымхан Шамуратова с двумя маленькими детьми на руках давала концерты по всему Каракалпакстану, собирая деньги на военный самолет. В музее, первом частном музее Нукуса, который открыли мама и отец Айжамал в память об Амете, который был писателем и переводчиком, и Айымхан, хранится письмо, подписанное Сталиным, с благодарностью главнокомандующего за помощь артистки театральному сообществу каракалпаков во время войны. В трех залах музея собраны вещи супругов, коллекция каракалпакских предметов быта и украшений, формирование которой продолжили дети Шамуратовых. Дом Айымхан и Амета и их история отражают историю Каракалпакии первой половины XX века, времени тяжелого, переломного, прожить и пережить которое было по плечу только очень сильным людям.
Айымхан умерла в 1993 году, в 2004-м была посмертно награждена орденом «За выдающиеся заслуги», высшей наградой Республики Узбекистан. Первый отель Jipek Joli Inn, частью которого и является посвященный ей музей, был открыт в 2003 году и стал первым частным отелем города. «С этого отеля мы поднялись, открыли свою туристическую компанию», – рассказывает Айжамал. Второй отель, с тем же названием Jipek Joli, появился спустя несколько лет. Это одна из лучших не то что в Каракалпакии, а во всем Узбекистане гостиниц. Когда я упоминаю Айжамал о поразивших меня в отеле деталях, предметах интерьера, посуде, живых цветах в холле, она улыбается, вспоминая, как заказывала те или иные вещи в России или в Европе, где почти никто не знает, где вообще находится этот Нукус.
На туристическом рынке Каракалпакии работают свои, местные агентства: слишком далеко это и от Ташкента, и от основных городов страны, привлекающих туристов. Специфика здесь своя – в Каракалпакию едут не за голубыми куполами и пловом, а за суровой природой и за тем, чтобы догнать уходящее Аральское море. И владелец отеля здесь не просто человек, отвечающий за размещение гостей, он сам себе туроператор: лично от его усилий и его возможностей зависит, надолго ли путешественник останется у него в гостях. «Я не хочу, чтобы на Арал приезжали праздно, – объясняет Айжамал свою позицию, – потому что лет через пять-семь возить будет некуда». Понимая, что море, которое стало главным туристическим магнитом республики, продолжает отступать, Айжамал разрабатывает программы, в которых показывает живую, развивающуюся, хранящую традиции Каракалпакию. Гастрономия, этнография, искусство, ремесла – это по ее части.
Навруз в переводе с фарси значит «новый день». Это праздник прихода весны по астрономическому календарю, отмечающийся в Узбекистане (а также в остальном тюркском и персидском мире) 21 марта. Традиция встречи Навруза – еще доисламская, восходящая к зороастризму. Навруз – праздник обновления природы и людей, отмечаемый на государственном уровне и не просто семейно, а со всеми соседями, жителями махалли, накрывая большие столы. Все приносят свое, самое вкусное, домашнее, в больших казанах готовят плов, приглашают музыкантов или играют на музыкальных инструментах сами.
