Моя деревня полностью

В о л о ш и н. Давайте помечтаем, Олечка! (Отводит ее в сторону.)

Входят  Б у д а н к о в  и  Ф о м и ч. Не видят Волошина и Бикетову.

Б у д а н к о в. Вот этот ряд, Ваня. Всё замерь, всё учти. Строители пошли от Беркакита на Алдан. Заброшу тебя туда с геодезистами. В тот охотничий поселок, где мы, помнишь, в прошлом лете были. На месте все прикинь, что я тебе говорил. Землю пощупай. Расспроси, как с кормами. Пока будем планировать маленькую ферму, на полсотни производителей. Там председателем артели Вася Киулькут. Я с ним связался по радиотелефону. Он поможет. Подключит своих чукчей, якутов… Но смотри, Иван, до поры чтоб ни одна душа о нашей затее не знала. А то раззвоним, опозоримся и в самом зародыше скомпрометируем большое государственное дело.

Ф о м и ч. Да ты что, Коля?! Неужто я не понимаю?

Б у д а н к о в. Главное, чтоб Волошин ничего не знал. Получится — доложим. Для всех ты уехал в Красноярск. Усек? Свечереет, и действуй!

Они уходят. Бикетова и Волошин смотрят им вслед.

Б и к е т о в а. Конспираторы! Вашу идею тайком проталкивают!

В о л о ш и н. Тшшш! Ни звука об этом! И никому! Договорились?

Б и к е т о в а. Заговорщики!

В о л о ш и н. И звать меня отныне будете…

Б и к е т о в а. Юрий Васильевич!

В о л о ш и н. Ох, дальневосточницы-амурчанки! Кремень!

Б и к е т о в а. Вы тоже не ватный! Тонко гнете линию с Буданковым. Вроде бы он все сам, без вашей подсказки! Выходит, вы тонкий партийный работник! Все прибедняетесь: «Я всего инженер, а не секретарь райкома!» А вы секретарь-инженер!

В о л о ш и н. Все смеетесь?! Даже Юрием звать не пожелали!

Уходят.

Из конторки  Е р м а к о в, Н а д я, Л и д а  и  Д и м к а, выносят шкурки. Молча работают. Ермаков поднял вверх наслюнявленный палец.

Е р м а к о в. Сырость идет! Или не влияет?

Н а д я. Напрасно вылезли из конторки. Давай, Лидунь!

Взяли ящик.

Е р м а к о в (Димке). А вас, сэр, не касается?

Девушки уходят в конторку.

(Жестко взял Димку за плечо.) Ты эти свои гитарно-провинциальные замашки кончай, Метла! А то я тебя так меж гланд инъекцирую! Вон ведь какой молочно-мясной вымахал! Таких в бега берут, на жареху! А ты все шалишь! Не надо. Ладно?

Д и м к а. Я думал, для вашего удовольствия… на гитаре-то.

Е р м а к о в. Запомни, сосун! «Мужик» — раб своего хозяина! Деньги есть?

Д и м к а. Вы ж приказали поить вертолетчиков по случаю Дня защиты детей.

Е р м а к о в. Неужели по этому случаю? Ну, я даю! В тот момент на большее у меня фантазии не хватило. На! Бери! На дело!

Д и м к а. Бежать в портовый буфет или домой к Нюрке из сельпо?

Е р м а к о в. И с этим пора кончать, дитенок! Сходишь в рыбацкий поселок. Найдешь там некоего Закшеверова. Ну, такой неандерталец. Обезьяна в галстуке! Скажешь, что должок ему прощаю!

Д и м к а. А большой долг-то?

Е р м а к о в. Да так… мелочь! Надо снять моральный груз… с друга! Но чтоб никто вас вместе… Постарайся, детка! А теперь — помогай!

Дима уходит в конторку.

(Провел рукой по шкурке.) Эталон. Валюта!

Появляется  Т а н я.

Что ж ты все от меня бегаешь, попутчица? Нехорошо. Интеллигентная, воспитанная — и вдруг такая черная, неблагодарность! Не хочешь — я тебя за собой всю жизнь таскать на привязи не собираюсь! Только здесь, Татушенька, зимой холода большие. Загрустишь-заплачешь, запросишься домой к маме, а дороги-то нет! Вот так, дитятко ты мое разнесчастное! А ведь я тебя не в любовницы зову. Подругой хочу тебя назвать. Законной. Подумай!

Появляется  А л е к с е й.

О, комсорг совхоза! Здравствуй, Алеша! Чего волком смотришь? Давай пять! Ведь вместе работать! Деваться некуда — надо дружить.

А л е к с е й. Это где ж нам вместе работать?

Е р м а к о в. Здесь, на ферме. Подписал твой батюшка приказ обо мне.

А л е к с е й. И это после того, как «десять лет от звонка до звонка»?

Е р м а к о в. А у Татушки язык длинноват! Так мы его за болтливость… (Замахнулся на Таню.)

Алексей кинулся на защиту.

(Перехватил его руку.) А ведь я с тобой, маленький, драться не буду! Уясни себе это раз и навсегда! И прекрати! А то иногда внутреннее кровоизлияние приносит летальный исход. (Тане.) А мрачные пятна в самом начале нашей пылкой любви не сразу сотрутся!

Т а н я. Лжет он! Все лжет! И он не тот, за кого себя выдает!

Е р м а к о в. Ну что же, придется купировать язычок!

Алексей кинулся на Ермакова, но тот ткнул Алексея в живот, и Алексей упал.

Т а н я. Помогите! Убивают!