Моя деревня полностью

К р е м м е р. А теперь там фройляйн Евсеева. Пригласите!

С т е п а н. Слушаюсь. (Выходит.)

К р е м м е р. И в рубище почтенна добродетель! Дурак!

Входит  Л ю с я  в вечернем платье.

(Подходит к ней, галантно целует руку.) Рад приветствовать свободную даму на свободной… кхе, от большевиков земле! (Осмотрел ее.) О! Милая и очаровательная ночная посетительница! Боже мой, детуся, вы опять балуете меня своим вниманием! Тронут, дитенок, вашим вниманием! До самого сердца! Говорю искренне! (Целует руку.) Вы так восхитительны, дитя мое, в этом туалете, что я всерьез начинаю беспокоиться за свою холостяцкую свободу! Ха-ха-ха! Не угодно ли рюмочку со мной?

Л ю с я. Благодарю вас, господин Креммер. Вы так внимательны… Но я не пью этого…

К р е м м е р. Удар! В самое сердце! Ну как же, дитя мое! Русская разведчица, отчаянная голова — и вдруг «не пью». Не так я, видимо, вас приглашаю. Но уж как умею. Хлебом-солью встречаю. Так как же, детка?

Л ю с я. Впрочем, с вами, господин майор…

К р е м м е р. Не надо так. Просто: Якоб! И все!

Л ю с я. Так, сразу? Неудобно…

К р е м м е р. Смелее, дитенок! Вы же решительный человек! А?!

Л ю с я. Давайте попробуем… Якоб!

К р е м м е р. Отлично! Прошу! (Указывает на кресло у окна.) Чем богаты — тем и рады! (Наливает бокалы.) Итак… За что мы пьем? За наш с вами тайный союз? А?!

Л ю с я. С удовольствием! За наш Союз! (Пьет.)

К р е м м е р. Признаться, ваше вчерашнее ночное появление, совершенно неожиданное и такое романтическое… несколько озадачило меня!

Л ю с я. Вы просто не поверили мне. Не так ли?

К р е м м е р. Люблю откровенных людей и сам откровенный.

Л ю с я. А теперь? Верите?

К р е м м е р. Безусловно, милая фройляйн, безусловно, дитя мое!

Л ю с я. Что же переменилось со вчерашней ночи?

К р е м м е р. Кто не верит другим — нечестен сам! Ха-ха-ха! Это мой принцип! И потом… Вы, во-первых, не пытаетесь уйти, а во-вторых… такие красивые и умные женщины предпочитают быть с сильными, а не с теми, кого бьют. Сегодня наши войска, дитенок, на этом участке вновь перешли в наступление.

Л ю с я. Не знаю, как мне на это реагировать, потому что мне кажется, что вы все-таки не верите. И знаете, почему мне так кажется?

К р е м м е р. Почему, детка?

Л ю с я. Потому что милая дама в зеленом берете не покидает меня в моих прогулках по городу. За что вы так обижаете меня? Зачем эта слежка?

К р е м м е р. А вы хотите, чтобы я авансом верил вам? Вы ведь ничем не доказали нам свою преданность, милая.

Л ю с я. А мой приход к вам? Ведь сразу же после приземления я пришла именно к вам. Пришла и призналась, что выброшена на связь с группой «Тополь», что кроме этого имею задание диверсионного характера, что я завербована вашим представителем и от него пришла к вам. Разве все это не доказывает моей преданности? Это же действует на нервы!

К р е м м е р. Безусловно, безусловно… Хотя… Есть одно маленькое «но». Вы, детка, не назвали человека, по поручению которого пришли к нам.

Л ю с я. Хм, явление! Я же сказала вам: я от «7-7-14».

К р е м м е р. Это далеко не все, миленькая! Уж взявшись за гуж, не говори, что не дюж! Кто это «7-7-14»?

Л ю с я. Вы знаете кто, и я тоже знаю. Так-то вот! Но первой я ни за что не имею права открывать агента. Мне это не поручалось!

К р е м м е р. Великолепно, дитенок! Умница! Не лезь вперед батька в пекло! Отлично! Я скажу, кто этот агент. Лейтенант Яровенко!

Л ю с я. Пожалуйста! Если так уж хочется назвать какую-то фамилию! (Увидела гитару, потянулась к ней.) Разрешите?

К р е м м е р (с улыбкой наблюдая за ней). О, конечно, конечно! Спойте, детка, что-нибудь! Безумно люблю русские песни.

Люся перебирает струны и смотрит в окно. Затем тихо поет о далекой Родине. Песня звучит тревожно. Постепенно невидимый хор подхватывает ее, и песня идет фоном.