Моя деревня полностью

Если я завтра не вернусь… Погоди, Гусева! Если завтра не вернусь, базу перенесите… (Вере.) Дай карту!

Вера подает карту.

Вот сюда, в это урочище, ждите сутки меня там. Если и тогда не приду — ищите некую Вдовину Марию. Здесь, на лесном хуторе. Продукты возьмете у нее. Она же… если будет можно, свяжет с партизаном майором Пяткиным. Если связь не удастся — Катерина пойдет домой через фронт, а Вера останется на базе. Когда же разрешат связь или Катя дойдет к Воробьеву, передадите дословно вот так: «Тополь» не вернулась с линии сооружений. По всей полосе с севера на юг до черных болот противник возводит фортификационные сооружения с дзотами и дотами. За первой полосой идут глубокие минные поля. Точную карту составить не удалось из-за блокадного положения группы. Штаб фронта помещается в городской гостинице на Октябрьском бульваре. Точный адрес гестапо: Комиссаровский переулок, дом два. По дороге на Ленинград в пятистах метрах от железнодорожного переезда — главные склады противника… (Пауза.) Поняли, девочки?!

В е р а. А может быть, я вместо тебя пойду? Ты не думай, я ведь не боюсь!

Т а н я. Я так и не думаю, Верочка! Нельзя. Заучивайте. (Тише.) «Тополь» не вернулась с линии сооружений…

К а т я  и  В е р а. «Тополь» не вернулась с линии сооружений…

М е д л е н н о  и д е т  з а н а в е с.

Кабинет Воробьева. Это простая комната в русской избе. Бревенчатые стены. Ширма слева. Из-за нее видна часть спины человека, сидящего в плаще с капюшоном. За окном дождь. В о р о б ь е в  стоит перед сидящим  ч е л о в е к о м, в руках у него планшет и карта.

В о р о б ь е в. Они могут быть вот здесь или… вот в этом месте. Но если кружить по этим двум районам — времени уйдет… много. (Бросил планшет на стол.) И очень просто можно провалиться. Есть хочешь? Ну, смотри. А то пообедаем. (Прошелся по комнате.) А что, если… Ведь наши радиограммы группа «Тополь» принимать может? Может. Вот. Передадим персональную радиограмму Татьяне Лукониной, что встреча состоится в самом городе.

Человек, сидящий спиной, встал.

Сядь. Я знаю. Риск. Но на хорошие шансы. Зашифрую сам… и передам сам… без шифровальщика… Так. (Взял карту, развернул ее перед сидящим.) Вот здесь… вот в этом месте… на окраине города… есть что-то вроде шинка. Погребок этакий частного типа. Место безобидное. Здесь всегда полно всякого праздного люда. Дня через два Татьяна начнет ходить в эту забегаловку. Так? По-моему, это просто и не очень уж плохо.

Стук в дверь.

(Сидящему.) Уйди туда!

Человек уходит за ширму.

Войдите!

Я р о в е н к о  входит.

Я р о в е н к о. Товарищ майор! Лейтенант Яровенко по вашему приказанию прибыл. (Он весь мокрый, в плаще.)

В о р о б ь е в. Ну, разобрался? Как же могло случиться, что все радиограммы группы «Тополь» попадают в руки противника? Ты специалист. Скажи, пожалуйста, это просто радиоперехват?

Я р о в е н к о. Товарищ майор! Противник, конечно, может перехватить наши входящие… Но они же в шифре идут!

В о р о б ь е в. Видишь: «в шифре». Понимаешь, какая неприятность? «В шифре». Но у них наших ключей-то, надеюсь, нет?!

Я р о в е н к о. Да как же это может быть?!

В о р о б ь е в. Видишь, не может! А как же все-таки так получается? Кто кроме тебя знает содержание радиограмм?

Я р о в е н к о. Радисты Гринько и Нечаев передают и принимают уже в шифре. Кроме меня… еще… еще только шифровальщик Чернов! Но я за него ручаюсь.

В о р о б ь е в. Ручаться-то, может, и я за всех вас ручаюсь, а только…

Я р о в е н к о. Нет, это не у нас! Я за своих — головой!

В о р о б ь е в. Ну, дай бог! Но… Все радиограммы группы «Тополь» немедленно передать в особый отдел фронта.

Я р о в е н к о. Есть!

В о р о б ь е в. Ступай!

Я р о в е н к о. Есть!

В о р о б ь е в. И если что нового будет, заходи. Иди, Володя.

Яровенко выходит.

Мда. Все свои. Все проверенные, а немцы все-таки все знают. Блокировали все возможные районы приземления. Начались облавы. Нет, нет. Только так, как решили, идти на связь к Татьяне! Выходи!

Из-за ширмы выходит  ч е л о в е к.