Запершись у себя в комнате, Надя упала на кровать и разрыдалась беззвучно, уткнувшись лицом в подушку. Потом раз – и вдруг отпустило. Нет, обида, недоумение никуда не ушли, но дышать стало несравнимо легче.
Надя перевернулась на спину, вытерла слезы.
В дверь тихонько постучали.
– Кто там?
– Надя, это я, – отозвалась с той стороны Ольга.
– Что тебе надо?
– Я хочу с тобой поговорить. Открой.
– Я не хочу с тобой говорить.
Ольга еще долго скреблась под дверью, что-то бормотала, но Наде не хотелось ее слушать. Она вскочила, надела наушники и принялась сосредоточенно кроить юбку – текущий заказ от очередной из клиенток. Когда Надя была занята работой, все грустные мысли отходили куда-то на задний план.
Следующим утром, когда Надя вышла из комнаты, Ольга уже сидела на кухне, она явно поджидала тут подругу.
– Доброе утро.
– Привет, – вяло отозвалась Надя. Развела в чашке растворимый кофе, достала из холодильника стаканчик с йогуртом.
– Прости меня, – сдержанно произнесла Ольга.
– Прощаю.
– Я все-таки хочу объясниться…
– Да ладно, зачем?.. – пожала плечами Надя.
– Нет уж, позволь, – настаивала Ольга. – Это глупо, но я хотела проверить твоего Филиппа.
– Проверить?!
– Да. Насколько ты дорога ему. Он хороший человек, но… не всем мужчинам можно довериться. Я хотела проверить его чувства к тебе.
Надя едва не уронила ложку, в последний момент успела подхватить ее. Подумала, а потом принялась этой ложкой есть йогурт. «Кажется, меня уже ничем невозможно удивить…»
– И как, проверила?
– Да. Он стойкий товарищ.
– Спасибо, дорогая, ты буквально грудью на амбразуру, лишь бы меня спасти…
– Надя, я серьезно!
– Оля, мы же договаривались: не лезть в чужую жизнь. Мы провели границы, мы составили целый список рекомендаций, чтобы мирно сосуществовать рядом… – с отвращением напомнила Надя.
– Я хотела блага для тебя, Надюша…
– Ты знаешь, куда ведут благие намерения.
Ольга вздохнула, вытерла слезы в уголках глаз.
– Лучше бы ты так Никиту проверила, – с усмешкой произнесла Надя. – И то пользы было бы больше.
– Да, не догадалась… – печально рассмеялась Ольга.
– Филипп ведь позвонил мне перед тем, сказал, что ты его вызвала, что тебе плохо. Погоди! – встрепенулась вдруг Надя, потерла лоб. – А ведь ты специально, получается, меня за помидорами погнала на рынок? «Хочу настоящих, грунтовых, а не этих парниковых без вкуса, которые в супермаркетах…» Меня из дома выставила и тут же Филиппу позвонила!
– Все так, – кивнула Ольга.
Надя допила кофе, отставила чашку. С одной стороны, Надя теперь окончательно успокоилась – когда Ольга призналась ей во всем. С другой стороны, все равно было противно. Нет, не Филипп противен, а именно Ольга.
– Оля…
– Да? – ласково отозвалась подруга. – Давай твою чашку, помою.
– А если бы Филипп не позвонил мне? Примчался бы сюда, и ты… и он… и он не стал бы тебя отталкивать? То что тогда? Ты – пошла бы до конца, ты – переспала бы с ним?
– Я не думаю, что до этого бы дошло…
– Да или нет?
– Перестань. Если бы да кабы…
– Ладно. Понятно. Спасибо, что поделилась. Тебе ванная сейчас не нужна?
Надя закрылась в ванной, приняла душ, умылась. Вернулась к себе в комнату, подмела пол, убрала все на столе. И все равно как-то неспокойно, муторно было у Нади на душе.
Она взяла свой мобильный, набрала знакомый номер.
– Адиль, доброе утро, это Надя.
– Да, Надежда Павловна? – почтительно отозвался Адиль.
– Я вас с Гулей хочу предупредить, что… В общем, я вынуждена возвратиться к себе. Я ни в коем случае вас не тороплю, так что когда вам удобно, тогда и…
– Ой, Надежда Павловна, как вы угадали… Я сам собирался вам звонить: мы к себе едем, на родину. У Гули мать больна, с детьми некому сидеть…
– Да? Вы сами собирались съезжать? – с облегчением вздохнула Надя. – Ну и хорошо. То есть здоровья Гулиной маме, надеюсь, все обойдется!
– Спасибо, спасибо!
Надя еще некоторое время общалась со своим квартирантом, уточняя сроки отъезда и оплату, затем попрощалась. Квартирантами Нади была семейная пара из ближнего зарубежья. Они работали здесь с утра до ночи, а на родине, у матери Гули, оставались их дети – целых трое. Вполне приличные аккуратные люди, эта пара, а Гуля – та еще чистюля. Помнится, Ольга отговаривала Надю селить к себе приезжих…
Но повезло, получается.
Вдвойне повезло, что квартиранты съезжают, потому что Надя вдруг поняла, что больше не может жить с Ольгой.
«В сущности, все мои решения и поступки – какие-то внезапные. Спонтанные! Могу терпеть, и довольно долго, но потом раз – и сама все обрываю. Вот так от Никиты однажды сбежала… А сейчас точно так же хочу уйти от Оли. Но, правда, вдвоем с ней тяжело стало… Какую-то проверку дурацкую устроила! Не могу, не хочу, не желаю больше терпеть все это!» – с отчаянием подумала Надя.
Ей показалось, что даже стены на нее здесь давят. Она быстро оделась, вышла из дома. Покружила по переулкам, затем направилась в свой любимый маленький парк неподалеку. Это тихое, сонное место – всегда успокаивало Надю, дарило некое забытье, что ли…
