И я в поликлинику пошел. Я там в регистратуру два часа в очереди стоял, потому что я постою, постою… и убегу. А назад возвращаюсь – а они говорят: вы здесь не стояли. Потому что я уже по-другому выгляжу. У меня лицо счастливое. И вот я с этим счастливым лицом опять в конце очереди встаю. Потом наконец к окошку регистратуры подошел, она оттуда говорит:
– Вам чего?
Я говорю:
– Мне бы талон на сегодня.
Она говорит:
– Только на завтра.
Я говорю:
– Помру я до завтра.
Она говорит:
– Тогда вам и талон ни к чему.
Но потом сжалилась надо мной.
– Раз вы, – говорит, – такой пришибленный, идите в шестнадцатый кабинет.
Зашел я в кабинет, а там два мужика в белых шапочках и халатах.
– Раздевайся, – говорят.
Ну я, ничего не подозревая, и разделся. Они смотрели на меня, смотрели, осматривали, осматривали, потом говорят:
– Ой, жить тебе до понедельника осталось.
Я говорю:
– А что у меня такое?
Они говорят:
– А это ты у врача спроси.
Я говорю:
– А вы кто?
– А мы маляры, потолки здесь белим.
Я говорю:
– Что же мне, все теперь назад надо надевать?
Они говорят:
– А это ты как хочешь, хочешь – назад, а хочешь – наперед. А хочешь, так пойди, погуляй.
И тут вдруг доктор входит и говорит:
– Это что за безобразие, вон все отсюда!
Ну я, в чем был, в коридор выскочил. А там очередь. Старушка говорит:
– Вот тебе и бесплатная медицина, среди бела дня человека до нитки обобрали.
Я назад. Маляров выгнали, а меня на кушетку положили. Доктор спрашивает:
– Ну, что у нас болит?
Я говорю:
– Что у вас, не знаю, а у меня… тут медсестра, я стесняюсь.
Он говорит:
– Отвечайте, что у вас болит.
Я говорю:
– Ну, у меня одно место болит.
Он говорит:
– Ну показывайте ваше место.
Я говорю:
– Так вот же оно – перед вами.
Он говорит:
– Ну тогда рассказывайте, с кем, когда и что у вас произошло?
Я говорю:
– У меня происходит одно и то же каждые полчаса.
Он говорит:
– Ну это прямо патология какая-то. Ничего удивительного, что у вас так болит. У вас когда болит, когда вы это совершаете или потом?
Я говорю:
– Нет, сначала болит, а потом уже совершаю.
Он говорит:
– Это что же, у вас сигнал такой?
Я говорю:
– Да, такой сигнал, что даже удержаться не могу.
Он говорит:
– И что же вы делаете?
Я говорю:
– У нас там, в ресторане, такая маленькая комнатка есть, я сразу туда и бегу.
Он говорит:
– А она вас там уже ждет?
Я говорю:
– Да не она, а он меня там уже ждет.
Он говорит:
– Так вы что же, из этих, что ли, из голубых?
– Нет, – говорю я, – я из красных.
Он кричит:
– Говорите сейчас, кто вас ждет?
– Ну, черный такой, с белой ручкой.
Он говорит:
– Негр, что ли?
Я говорю:
– Почему негр?
Он кричит:
– Не знаю почему! Идите отсюда вон!
И пошел я как миленький на работу. Но ничего, этот доктор тоже к нам когда-нибудь в ресторан придет. Я ему такое блюдо пропишу, всю жизнь будет принимать больных в маленькой комнате.
Я как кулинарный техникум окончил, так с тех пор в столовой и работал. А как перестройка началась, так продукты и кончились. У нас в столовой как было. Если клиент у нас поел и назавтра снова пришел, значит, повара хорошие, а если уже больше не смог прийти никогда, значит, продукты плохие. При Брежневе продукты хорошие были, при Андропове они портиться начали, а при Горбачеве совсем исчезли.
И тогда нашу столовую купил один предприниматель с большими деньгами и с лицом кавказской национальности. Он шторы на окна повесил и сделал из столовой ночной ресторан. И даже название сам придумал: «Русский сакля».
Хороший ресторан, только мне там работать долго не пришлось. Однажды поздно ночью, когда в ресторане уже никого не было, вошли трое мужиков. Смурные какие-то, ищут чего-то, за стол не садятся.
Я говорю:
– Может, присядете?
Они говорят:
– Еще чего, мы свое уже отсидели. Где бабки?
Я говорю:
– Бабки уже все домой ушли.
Они говорят:
– Не придуривайся.
И пистолет вынимают.
Я говорю:
– Вы что, пистолет мне хотите продать?
Они говорят:
– Ну да, только не весь, а одну пулю из него.
Я говорю:
– А мне пуля не нужна.
Тогда один говорит:
– Слушай, ты, придурок, ты вот эту дырочку в пистолете видишь?
Я говорю:
– Вот эту кругленькую? Вижу.
Они говорят:
– Бабки не принесешь – оттуда птичка вылетит.
Я думаю: «На фига мне птичка?» – и вынул им все, что у меня было – 218 рублей.
Они говорят:
– И это все?
Я говорю:
– Нет, вот еще 34 копейки.
Тут один как закричит:
– Хватит фуфло гнать, тащи зелень!
Я испугался и притащил им пять пучков петрушки.
Тут другой как закричит:
– Тебе сказали – капусту тащи, а ты чего принес?
Я говорю:
– А капуста вам не понравится, она у нас сегодня кислая.
Он говорит:
– Если у тебя капуста кислая, то ты у нас сейчас будешь моченый. Мочи его, Федя!
Я говорю:
– Не надо, лучше я сам, – и пошел в туалет.
И тут как они начали во все стороны стрелять, что я даже до туалета не дошел.