На этом наш ресторан и закончился, остался я без работы и думаю, что же мне делать. И решил, что буду работать сам на себя. Стану предпринимателем, буду ходить по богатым домам и готовить там шикарные обеды. Вот я и дал объявление в газету: «Кулинар, мужчина с большим мастерством, полностью организует и обслуживает любых желающих на дому». Но я же не знал, что они там в газете все слова сокращают. Это я только потом узнал, что они напечатали: «Кул. муж. с бол. м. пол. орг. обсл. любых ж. на дому».
И буквально на другой день – звонок. Женщина приятным голосом говорит:
– Это все правда, что в объявлении напечатано?
Я говорю:
– Конечно. У меня даже книга отзывов есть.
Она говорит:
– Это интересно, и что же там пишут?
Я говорю:
– Вот одна женщина пишет: «Никогда в жизни не пробовала ничего подобного. Сама занимаюсь этим с 16 лет, но не думала, что мужчина может доставить такое удовольствие».
Она говорит:
– Понятно, а сколько это будет стоить?
Я говорю:
– Не волнуйтесь, цена приемлемая. Ветеранам и участникам войны – скидка.
Она говорит:
– Мне пока скидка не нужна, приезжайте.
Я собрался и приехал. Смотрю, женщина такая меня встречает симпатичная, полная такая, думаю: «Значит, любит поесть». Сажает меня в кресло и говорит:
– Может, мы сначала выпьем?
Я говорю:
– Нет, сначала надо дело сделать.
Она говорит:
– Ну что ж, тогда давайте начинайте, – и садится на диван.
Я говорю:
– Здесь неудобно, я привык это делать на кухне.
Она говорит:
– Оригинально. А где именно на кухне?
Я говорю:
– Ну, сначала на столе, потом на плите, а уж потом только в комнате.
Она говорит:
– Потрясающе, я согласна.
Я говорю:
– Ну, тогда вы здесь немного подождите. Можете пока тут все приготовить, – и пошел на кухню.
Минут через пятнадцать она мне кричит:
– Я уже готова.
Я говорю:
– А я еще нет.
Она говорит:
– А что вы там делаете?
Я говорю:
– Я яйца в салат кладу.
Она кричит:
– Вы большой оригинал!
Я говорю:
– На том стоим. Все-таки профессионалы.
Минут через десять она опять кричит:
– Сколько можно ждать? Что вы там делаете?
Я говорю:
– Что я делаю? Сейчас как раз хрен тру.
Она кричит:
– Все, больше ждать не могу, идите!
Я думаю, надо же, бедная женщина как изголодалась. Поставил на поднос салат, сковородку с котлетами и пошел. Вхожу в комнату, а там темно.
Я говорю:
– Зачем же вы свет выключили? Я же так не найду ничего.
Она говорит:
– Идите, идите, я сама все найду.
Ну, я и пошел на голос. Чувствую, уперся в кровать. Чувствую, она меня одной рукой за шею обняла, а другой рукой за сковородку и говорит:
– О, какой ты горячий, – и как потянет меня к себе.
Ну, я на нее и рухнул вместе с подносом.
Она кричит:
– Что это?
Я говорю:
– Извините, не удержался.
Она свет включила, вся в салате, на груди котлеты, кричит:
– Ты что, жрать пришел? Вон отсюда!
Я говорю:
– Вы же даже не попробовали ничего, а уже меня гоните.
В общем, она обиделась, денег не заплатила. Я тогда все понял, и, когда на другой день какая-то женщина опять меня к себе пригласила, я сразу безо всякой подготовки на кухне разделся и в одних носках в комнату вошел, а там целая компания сидит и как начнут хохотать, а один дядька сказал:
– Кушать подано!
Вызывают меня в кабинет директора. Там уже и заместитель его, и метрдотель, и говорят:
– Завтра к нам президент обедать приезжает.
Я говорю:
– Какой президент?
Они говорят:
– Наш президент – самый главный. Он после обеда любит с простыми людьми поговорить. Может поговорить с первым попавшимся. Вот ты и будешь этим первым попавшимся.
Я говорю:
– А почему я, других, что ли, нет?
Они говорят:
– А другие еще хуже тебя.
Я говорю:
– Учтите, я врать ничего не собираюсь.
Они говорят:
– А врать тебя никто не заставляет, а вот правду сказать мы тебе поможем. Допустим, спросит тебя президент, откуда продукты, что ты скажешь?
– Откуда я знаю, наверное, с рынка.
– Вот так и говори – с рынка.
– А на самом деле откуда?
– А на самом деле это не твое дело.
– А-а-а, – говорю, – то-то я из них ничего хорошего сделать не могу.
– Поехали дальше, – они говорят, – допустим, спросит тебя президент: «А какая у тебя зарплата?»
– Ну и что мне говорить?
– Говори: «Хорошая».
– Ничего себе, хорошая.
Они говорят:
– Будешь много говорить, и такой не будет. Понял?
– Понял.
– Теперь, допустим, спросит тебя президент: а каковы условия вашей работы? Что ты скажешь?
– Что есть: жара, душа нет. Оборудование старое. Я врать не буду.
– А ты не ври. Говори, на кухне не холодно, тепло, мол. Оборудование отлаженное, руководство подчиненных в баню возит раз в неделю.
– Ага, – говорю, – возит, только почему-то одну Зинку-буфетчицу.
– А ты хочешь, чтобы мы вместо Зинки тебя возили?
– Нет уж, – говорю, – спасибо.
– Ну вот мы тебя и не возим. А вот, допустим, спросит он: как посетители, довольны? Что ты скажешь, если честно?
– Скажу – очень довольны. Особенно один такой довольный был, что на «скорой» отсюда уехал с отравлением.
– Вот так скажешь – сразу перейдешь на другую работу – на кладбище.
Я говорю:
– Сторожем, что ли?