— А я всегда говорила, что в этих дорогих ресторанах травят честный народ! — вмешалась мамаша Ифы. Она засуетилась вокруг нас, показывая дорогу в тесном от множества кроватей помещении. — Сюда несите! Вот тут коечка свободная… Бедный чаргинал! Молодой совсем.
— Мам… — начал было наш целитель.
— Тс, — осадила я его и пояснила бабуле: — Спасибо, но его надо сразу в лабораторию, иначе умрёт.
— Не умрёт. — Она вытащила блестящий нож и белозубо улыбнулась: — Кровопускание — лучшее средство от отравлений!
— Чуть позже, — оттеснила я её, протискиваясь в невысокую дверцу, из-за которой пахло зельями. — Ифа, куда его?
— На стол! И дверь запри. Мам, не надо кровопусканий, умоляю тебя!
— Попросишь ещё, а меня нет! — донеслось из-за двери.
— Понятно, кто твой гениальный учитель, — скривилась я, пока друг раздирал на торсе Сета рубашку. Но, заметив почерневшую кожу, покачнулась от ужаса. — О нет!
— Дион, не вздумай падать в обморок, — сухо предупредил Ифа. — Мне нужна ассистентка на срочной операции, и если ты не хочешь, чтобы это была моя мама, то держись!
— Держусь, — клацая зубами, кивнула я и, вытирая слёзы, спросила: — Что делать, Ифа? Командуй!
— Кипяти воду… да магией же! Быстрее!
Я старалась отвлечь себя действиями и не думать ни о смертельной бледности Ридана, ни о жуткой ране, ни о прерывистом дыхании. Лишь шептала:
— Если не выживешь, клянусь, я сама тебя убью! — Омывала рану зелёным раствором и, роняя слёзы, ворчала: — Сет, вот упрямый надменный министришка! И с чего ты полез меня защищать?! Сам же говорил, что не твой профиль…
— Профиль? — закричала старуха, явно подслушивая под дверью. — Профиль у парнишки ничего! Да и задница крепкая…
— Мам, не мешай! — огрызнулся Ифа. — Иди и проверь, как там твои пациенты! — Он вытащил из бутылки пробку зубами. — Это новое зелье. — Саркастично вещая бесчувственному министру, осторожно заливал тому в рот чёрную жидкость. — И его нет в реестре… Но, тварь тебя задери, оно единственное может тебе помочь выжить, грёбаный бюрократ!
Я снова и снова промывала рану после каждого надреза целителя, грозя Ридану всеми возможными карами, если он не выживет. Начиная от того, что запру его в ванной с Бальтазаром, и заканчивая тем, что зацелую до посинения. Ифа тоже нервничал, потому как высказывал министру всё, что думает о реестрах и чартариусах.
— Будто Броди регистрирует свои яды! Нет, ну как можно поспевать за гением зла и при этом соблюдать все эти грёбаные процедуры? Да я на изобретение зелья трачу два дня, а чтобы добиться на него лицензии, нужен год! И что мне теперь, из палаты чартариуса не вылезать? А лечить кто будет?!
— А вы, — раздался слабый голос министра, — не могли бы говорить по очереди?
— Сет! — Я обрадованно прижалась к мужчине, и он охнул. — Ты жив!
— Не уверен, — сдавленно ответил он, но, стоило Ифе оттащить меня, выдохнул с облегчением. — Вот теперь точно уверен, что мне лучше.
— Лежите, я зашью рану, — приказал целитель.
Сет поморщился, когда тот воткнул ему в бок иглу, но стерпел молча. Я же болтала без передыху и сама не понимала, что несу.
— Представь, мама Ифы решила, что ты чаргинал. Прямо как я в нашу первую встречу… Твоя одежда снова тварь на что похожа! Но ты хотя бы не голый…
Целитель неодобрительно глянул на меня, а министр попытался улыбнуться:
— Рад, что не шокировал достопочтимую хозяйку этого гостеприимного дома. Как я понял, это приют?
— Больница, — сухо поправил Ифа. — Для тех, кто не может воспользоваться услугами дорогостоящих целителей. И да, тварь меня задери, это незаконно…
— Вы ошибаетесь, — многозначительно перебил его Ридан. — Точно помню у себя на столе проект благотворительного заведения в этом районе.
Рука Ифы замерла в воздухе, а голос дрогнул:
— Да?.. Э… Спасибо, господин министр.
— Вам спасибо, — сквозь зубы прошипел тот. — Может, зашьёте меня наконец?
— О, да… Извините.
— Но зелья должны быть в реестре! — не унимался Сет. — Я попробую ускорить этот процесс в частном порядке и только для вас…
— Тише, — погладила я его по щеке. — Забудь ты о работе хоть на минутку. И порадуйся, что остался в живых.
Но Ридан продолжал ворчать о реестрах и законах, поэтому Ифа показал мне взглядом на маленькую бутылочку, зельем из которой я осторожно и напоила раненого. Когда министр заснул, целитель закончил шить и, выпрямившись, широко улыбнулся:
— Кажется, этот парень мне стал нравиться.
— Вот и выходи за него, — буркнула я, волнуясь за то, что от переживаний могла ляпнуть что-либо провокационное.
У Сета отменная память, этот чопорный министр ничего не забудет! Обязательно ввернёт, когда не буду ждать, только для того, чтобы снова смутить.
— А мне пора на свидание.
— С кем это? — ревниво воскликнул Ифа. — А как же Люк и Ридан?! Бросаешь парней?
— Позаботься о нём, — похлопала я целителя по плечу.
И воспользовалась настроенной «чаркой» Ифы, — незаконной, разумеется, — которая вела в лабораторию нашей конторы. Перед тем как отправиться в пасть к зверю, надо почистить пёрышки. В моём случае это означало затариться рефентами под завязку!
Глава 41
