Я спустилась по лестнице, на ходу собирая еще не просохшие волосы в пучок на затылке. Из кухни доносился голос Федры. Пройдя в двустворчатую дверь, я, как обычно, уселась на разделочную панель напротив главного заготовительного стола. Гектор мыл овощи, опустив голову и не говоря ни слова. Пит чистил картошку. Увидев меня, он состроил мне гримасу.
– Какого черта здесь происходит? – спросила хозяйка.
Чак стоял у нее за спиной и, судя по всему, не собирался призывать ее к сдержанности. Я открыла рот, но она остановила меня, подняв руку:
– Только не говори, что ничего не случилось, с тобой все в порядке и ты просто плохо спала. Люди, у которых ничего не случилось, не лежат всю ночь на кафельном полу в позе эмбриона.
Я захлопнула рот: Федра могла напугать кого угодно, но на меня она никогда раньше так не сердилась.
– Выкладывай, – потребовала она.
– Когда я попросила Тэйлора сделать паузу в наших отношениях, он поехал к брату в Сан-Диего и в итоге… переспал с другой женщиной. На Сент-Томасе он мне об этом сказал. Мы пытались это преодолеть.
– И? – невозмутимо спросила хозяйка.
Я глотнула воздух, почувствовав ком в горле:
– Вчера вечером она приехала к нему в гостиницу. Она беременна.
Все четверо слушателей громко ахнули. Я быстро утерла несколько набежавших слезинок.
– Она оставляет ребенка? – спросил Чак.
Я кивнула. Федра переступила с ноги на ногу, постаравшись сохранить суровый вид:
– Что Тэйлор говорит?
– Я почти сразу ушла, как узнала.
Федра достала связку ключей и бросила ее мне. Я узнала брелок.
– Тут еще твои родители приезжали. Подогнали машину. Она стоит на парковке для гостей. Надо убрать.
– Что? – переспросила я.
– Я сказал им, что она тебе не нужна. Ключ в зажигании.
Я разжала ладонь и посмотрела на блестящий металл:
– Моя машина? Они ее просто оставили?
– Боже мой, девочка, да ты вообще меня слушаешь?
– Ну, и куда мне ее… передвинуть?
Хозяйка неопределенно махнула в сторону улицы:
– Туда, где паркуется Кёрби. Давай живее.
– Почему ты сердишься? – спросила я, вытирая щеку запястьем.
– Я не сержусь, черт возьми, я взволнована. Пошевеливайся! А я пошла печь пироги.
Она резко развернулась и, промокнув глаза, промаршировала в заднюю комнату.
– Хочешь, я переставлю машину? – спросил Чак.
Я помотала головой:
– Я сама.
– Фэйлин, – мягко сказал он, – то, что Пит нашел тебя на полу, – тревожный знак. Нам жаль, что ты не захотела с нами поговорить.
– Все произошло только вчера ночью. Поговорить я ни с кем не успела.
– Могла бы звякнуть.
– Я вернула Тэйлору телефон.
– Он знает?
Я кивнула.
– Значит, понял, что ты с ним порвала.
Я до боли сжала в руке ключи:
– У него сейчас и без меня есть о чем подумать.
Как только я направилась к двери, Чак снова меня окликнул:
– Фэйлин?
Я остановилась не оборачиваясь.
– Пускай сам решит, кто для него важнее.
– Я почти уверена, что он выберет меня, – сказала я, оглянувшись через плечо. – Но я не прощу себе, если позволю ему так поступить.
В субботу и воскресенье после работы, вместо того чтобы ждать Тэйлора, я кружила по городу на машине. Держала ногу на педали газа, пока хватало сил. Хотелось заблудиться, а потом найти дорогу домой.
В понедельник я сказала себе, что Тэйлор будет благоразумен и не заявится в наше кафе, но в половине двенадцатого он пришел вместе со своими друзьями. Кёрби, как мы с ней заранее договорились, усадила их за дальний столик, заказ приняла Федра. Я старалась не замечать нежелательных посетителей, но Долтону непременно нужно было со мной поздороваться.
Я держалась вежливо, Тэйлора видела только краем глаза, а он на меня таращился, ожидая, что я на него посмотрю. Я прошла мимо.
– Фэйлин! – крикнул Чак. – Заказ готов!
Я зашагала к раздаточному окну еще торопливее, чем обычно. Блюда там не оказалось. Хозяин просто дал мне возможность прийти в себя. Я шмыгнула на кухню и оперлась о свою любимую столешницу, чтобы не упасть.
– Все нормально, детка? – спросил Чак.
Я быстро тряхнула головой, сделала глубокий вдох и, выставив вперед руки, вылетела через двустворчатую дверь. Если Тэйлору покажется, что я колеблюсь, если я хоть на секунду позволю себе проявить слабость, он будет осаждать меня, пока я не сдамся. Судя по тому, как он вел себя после поездки на остров, мне не будет ни минуты покоя.
Устраивать сцену Тэйлор не стал. Поел, заплатил и ушел вместе с ребятами. Во вторник он не появлялся до часу дня, и я уже подумала, что больше его не увижу, но он все-таки пришел. На этот раз с ним был еще и Трекс. Их опять обслужила Федра.
Когда я проходила мимо, Тэйлор протянул ко мне руку:
– Фэйлин, ради бога!
В его голосе прозвучало такое отчаяние, что я чуть не сломалась, но все-таки выдержала. Больше он ничего не сказал. На нас обратили внимание лишь несколько человек за соседними столиками. И конечно, Федра.
– Фэйлин, дорогая, так не может продолжаться, – нахмурилась она.
Я кивнула и прошла в кухню, а хозяйка, как я сразу поняла, направилась к столику Тэйлора. Когда она вернулась, я встретила ее взглядом исподлобья: мне было стыдно, что ей приходится заниматься моими проблемами.
