Ну? И кто здесь дурак?
После поспешного ухода Кир-Кули, сославшегося на очередные дела, я, как примерная воспитанница строгого пансионата, которой велели ложиться отдыхать, посетила небольшую купальню, расположенную за соседней дверью слева по коридору. Вернулась к себе, забралась с головой под бело-золотое покрывало и закрыла глаза. Вот только сон, в отличие от меня, исполнительностью не отличался. В голове теснились разные мысли, мешая сознанию уплыть в страну грез, а телу по-настоящему расслабиться.
Пролежав так около часа, я снова села и, глядя на молчаливый кактус, сильно смахивающий в полумраке на обычное растение, шепотом спросила:
— И почему у него вечно дела, когда я хочу расспросить о чем-нибудь подробно? — Черная колючка хмыкнула в ответ. Ну, или мне просто так показалось. — Но ведь он же должен понимать, что я его первый день знаю и соглашаться на какие-то непонятные ритуалы с ним мне банально страшно? — кактус передернул похожими на ушки отростками. — Не понимает, — сделала вывод я и, получив в ответ короткий кивок, буркнула: — ну, и дурак! — после чего вновь забралась под покрывало.
А следом за мной туда забралась и разумная колючка, чьи иголочки, вопреки ожиданиям, стали мягкими, словно шелковые нити, да и само «растение» в темноте подозрительно напоминало плющевого мишку. Прижав его к груди, я и уснула. Или мне это только показалось? Ведь то, что происходило дальше, было таким реальным, таким… осязаемым, что ли, будто все это происходило наяву.
Я больше не лежала в постели в обнимку с кактусом, ему вообще не нашлось места в моем мистическом сне. Когда темнота, затянувшая меня в свои тягучие сети, наконец, расступилась, взору предстала странная картина. По бархатно-синему звездному небу плыли подсвеченные изнутри облака, внешне похожие на всевозможных животных. Где-то вдали красиво пела невидимая скрипка, а напротив меня на сотканном из тумана скакуне гарцевала тень. Такая же полупрозрачная, как и ее призрачный конь. Плащ за спиной небесной наездницы развевался, словно крылья, а из-под капюшона на меня взирала тьма.
Сглотнув, я невольно поежилась и еще глубже зарылась в мягкое, словно пух, облако, на котором сидела, будто в кресле. Затем решила, что все это лишь сон и бояться тут нечего, поэтому, приветливо махнув рукой, вежливо поздоровалась с черной леди. Та в ответ величественно кивнула и скинула-таки с головы капюшон. А вместе с ним пропала и вся ее мрачность. В седле сидела вовсе не Смерть с косой, которую успело нарисовать мою буйное воображение, а молодая девушка с миловидным лицом, спрятанными под платок волосами и серебристого цвета глазами, такими же, как у меня. Впрочем, на этом наше с ней сходство и заканчивалось.
— Ну, наконец-то, — у незнакомки был приятный, чуть шелестящий голос, который окутывал, словно летний ветерок, пробирался в душу, успокаивал и согревал. И в этом небесном антураже, мне уже не было холодно и страшно, как минуту назад. — Наконец-то, я тебя дождалась, сейлин, — ласково мне улыбаясь, девушка спрыгнула со своего призрачного скакуна и, отпустив его гулять по облакам, подошла ко мне. Вернее, подлетела, ибо хождение по воздуху чем-либо иным назвать было сложно. — Меня зовут Кей-Кули, — представилось это отнюдь не белокожее привидение. — Я праматерь рода Кули и… тоже сейлин.
— Но как? — только и успела выдохнуть я, как эта шустрая особа, присев со мной рядом, вновь затараторила:
— Все просто. И грустно. И изменить ничего нельзя. Я в ловушке, понимаешь, Зоя? — о том, откуда она знает мое имя, спрашивать не стала, как не стала и перебивать собеседницу. — Мой дух привязан к блокирующим вампирский дар браслетам, которые ты надела. И разорвать чары, наложенные на меня обманом, я не в силах. Ты единственная, до кого могу дотянуться, но только во снах. Не будь ты сейлин, у меня и это не получилось бы.
— Но почему, Кей-Кули? — все же не сдержалась я.
— Таково мое проклятье, — грустно улыбнулась она. — Это случилось давно… так давно, что уже никто ничего и не помнит, ибо очевидцев просто нет в живых, а правдивая история, передаваемая из уст в уста, успела обрасти лживыми подробностями и превратилась в легенду, слабо отражающие истину. Потомки Кули хоть и знают, что начало их роду положила вампир класса Эр, но совершенно не связывают мои способности с даром сейлин. А ведь именно избранницы Древних становились энергетическими вампирами столь высокого уровня, иначе они бы банально не выносили их ребенка. Вот только жили эти сейлин недолго: до родов очередного мега-мага, а потом все, смерть. И никакого перерождения, ничего, понимаешь?! Нас использовали, как вещи, как деревянные шкатулки, вынув драгоценность из которых, их сжигали дотла за ненадобностью. Но самое страшное, что, уничтожая наши тела, они уничтожали и души, — девушка замолчала.
