— Держали, как собаку какую-то, — стреляет взглядом в меня. — Ты в курсах, да, какие у них методы? — смеется. — Ахуенные, — пускает дым мне в лицо. Хмуро вздыхаю:
— Вот, почему твой отец, то есть…
— Мистер Пенрисс, — кивает. — Да, он не особо меня жалует, — затягивает.
— То есть, Донтекю боится тебя, потому что ты… — не хочу заканчивать. Это делает Причард:
— Я такой же, как он, — внимательно следит за моим выражением лица, но остаюсь невозмутимо холодной и скупой на эмоции. Только тянусь к бутылке, решая, что нужно сделать глоток. Это поможет освоить информацию. Глотаю. Горько. Морщусь, ладонью касаясь губ, и единственное, что выдаю, это короткое:
— Жесть.
— Все они… — Пенрисс пальцем указывает на дома вокруг, вновь взглянув на меня. — Все они создают иллюзию. Идеализированный мир. Ложь, — усмехается, опять все свое внимание подарив моим губам. — Знаешь, — странно сглатывает. — Не светись рядом с Донтекю, — моргаю, в который раз восстановив наш зрительный контакт. — Ничего о нем не пытайся узнать. Не старайся отомстить, если он что-то тебе сделал. Он отомстит. Я точно знаю, я ведь такой же, — смеется. И да, мне становится не по себе, но не показываю этого, сохраняя внешнее равнодушие. В общении с такими, как он надо хорошо контролировать своё лицо. Странно признавать, но чем-то, возможно, Причард напоминает Оливера. И да, мне хочется поскорее уйти от него. Домой, запереться, так что потираю колени, отворачивая голову, и собираюсь привстать, но грубой хваткой Пенрисс удерживает меня в положении сидя. С недоверием кошусь на него, еле сдержав рычание:
— Что ты делаешь? — опускаю взгляд на его руку, которой он сжимает мое плечо. — Тебе домой надо. Замерзнешь.
— Думаю, — такое чувство, будто парень вовсе не слышит меня, оставаясь в своем мире. Он с каким-то расслаблением делает вывод:
— Поэтому они так вцепились в тебя и в твою семью, — поднимает взгляд с моих губ, на глаза. — Вы были новые в районе, вы не знали всего. А моим родителям надо куда-то меня спихнуть, — пальцами больно стискивает ткань кофты, и я морщусь, дернув плечом и рукой:
— Хватит, — хочу встать, но сегодня тот самый не мой день. Причард резко и жестко руками сбивает меня с ног, заставив колени согнуться, поэтому валюсь на спину, не удержавшись на скользкой поверхности льда. Чертов асфальт. Головой не ударилась. Смотрю в темное небо, пар изо рта льется вверх. Перевожу спокойный взгляд на Причарда. Он ложится набок, подпирая лицо кулаком, и смотрит на меня, довольно улыбаясь, поэтому мне приходится контактировать с ним:
— Что тебе хочется? — шепчу, а парень трет пальцами веки, качнув головой:
— А хер его знает, — да. Почему-то я так и думала. Нет, просто догадывалась. Все его поступки по отношению к другим людям не имеют оснований. Он просто делает это, поскольку…
Выдыхаю, скрывая раздражение под прикрытыми веками глаз, когда чувствую, как Пенрисс проникает ладонью под ткань моей кофты, чтобы коснуться живота.
— Знаешь, что я думаю? — начинаю, осторожно открыв глаза, чтобы мороз не причинил им боль. Причард внимательно смотрит на меня, наклонив голову, пока пальцами мнет кожу моего бедра, явно внутри себя не понимая, отчего я так спокойна.
— Я думаю, ты просто не знаешь, как быть другим, — смотрю в небо, хмурясь. — Наверное, тебе с детства вбивали в голову, что ты псих, безумец, больное отродье Донтекю. Влияние. Психологическое воздействие на еще не сформировавшегося ребенка, — взгляд скользит к лицу парня, тот, удивительно, но внимательно слушает, не перебивая. — И вот ты стал таким, каким тебя все видели. Ты делаешь то, что от тебя ожидают. Играешь… Роль, я думаю, а жить иначе не можешь, — пальцами перебираю ткань кофты. Пенрисс продолжает улыбаться, но не так безумно, просто уголок его рта поднимается, создавая легкую складку на щеке. Парень наклоняется, заставив меня внутри сжаться до боли в животе, но внешне не проявляю никаких эмоций, оставаясь невозмутимой и неподвижной. Не разрываю зрительный контакт, когда Причард опускает взгляд на мои губы, которыми шевелю, без эмоций попросив:
— Не надо, — но шепот канет. В никуда. Пальцы сжимаю, еле дернувшись, когда парень касается моих губ, целует, но не отвечаю, продолжая со всей строгостью смотреть на него. Причард останавливается, немного приподнявшись, чтобы взглянуть на меня, и встречает полное равнодушие, поэтому усмехается:
— Скучная ты стала, даже не начинаешь кричать и пинаться…
— Просто я знаю, — твердо отвечаю, одной ладонью скользнув в карман кофты. — Если ты зайдешь далеко, не остановишься по просьбе, то я ударю тебя, — пальцами нащупываю раскладной ножик, сжимаю его, обжигаясь холодом. — Я не боюсь тебя, Причард, — уверенно отвечаю на зрительную войну, вот только парень явно не сражается со мной, он вздыхает, паром одаряя мое лицо, и с каким-то пониманием говорит:
— Знаю, но… — запинается, теряя уверенность в голосе. — Могу я попросить.
