С. Б. Веселовский, определяя датировку духовного завещания Ивана Грозного, довольно четко отобразил внутренние переживания по поводу этого события [28.508]. Завещание было написано в промежутке между началом июня и 6 августа, когда царь, под надежной охраной нескольких тысяч стрельцов, вместе с царицей и царевичами жил в Новгороде в тревожном ожидании исхода неминуемой кровавой схватки его воевод с татарами.
Не случайно, в этот период царь начал писать завещание. В жизни людей того времени написание духовной было очень важным актом. Опасения Ивана Грозного за свою жизнь, конечно, же оказались преувеличенными. Чрезмерно живое воображение, внезапно посетившие его некие эсхатологические настроения и на тот раз помешали царю здраво рассуждать и оценивать события.
Лишь 6 августа, когда в Новгород прибыли гонцы с радостной вестью, Иван Грозный понял, что тревога миновала. Он щедро одаривал гонцов, а 12 августа по приказанию царя начали готовиться к возвращению в Москву [28.507]. Ряд отечественных ученых считают, что именно тот факт, что представитель «земства» М. И. Воротынский оказался более успешен в битвах с татарами, чем опричники, потерпевшие поражение с тем же Девлет-Гиреем в предыдущем 1571 году, дал основание царю отменить опричнину. Этот спорный вопрос в исторической науке не разрешен до сегодняшнего дня, поэтому автор не вправе давать какую-либо оценку этому явлению, но, тем не менее, нельзя не заметить разительное изменение в настроении царя.
Внутриполитические мероприятия
Борьба с агрессией Крымского ханства оказала серьезное влияние на внутриполитическую жизнь Русского государства. Молодинская битва повысила престиж русской армии и еще более укрепила власть Ивана Грозного. В значительной мере с борьбой против крымской экспансии связаны крупные преобразования в обороне государства и модификация опричнины.
В плане перемен в опричной политике следует рассматривать указ о возврате отобранных вотчин, а также указ царя с боярским приговором 1572/73 г. о продаже подмосковных пустошей в вотчины служилым людям и
Великий князь Иоанн IV Васильевич (миниатюра из Царского титулярника 1672 года)
Главной целью этого указа было восстановление хозяйства Московского уезда, разоренного нападениями Девлет-Гирея. Продажу земель проводил особый приказ в составе князя Д. А. Друцкого, князя И. Гагарина и дьяка Кирея Горина.
Своеобразным послесловием к опричнине послужило земельное законодательство конца 1572 г. Отмена опричнины и возврат земцам конфискованных у них вотчин породили надежду на полную и окончательную отмену всевозможных ограничений крупнейшего княжеского и монастырского вотчинного землевладения, определенных Уложением 1562 г.
По мнению Л. М. Сухотина, издание Уложения 1572 г. было вызвано «обстановкой момента»: отменой опричнины и возвращением вотчин прежним владельцам [42.183]. С. Б. Веселовский систематизировал данные о росте землевладения 30 крупнейших монастырей 1552–1590 гг. и пришел к выводу, что к 1571 г. в связи с опалами, казнями и выселениями опричнины отчуждение земель служилых людей в пользу монастырей приобрело катастрофический характер и что в 1572–1578 гг. катастрофа продолжалась, не смотря на отмену опричнины. Монастыри использовали благоприятную для них ситуацию, а «царь Иван вовсе не думал принимать какие-либо меры против катастрофического обезземеливания «воинского чина» и по-прежнему равнодушно относился к этому» [42.183].
Но надежды земского боярства и духовенства не оправдались. Правительство добилось от Боярской думы и священного собора принятия специального приговора 9 октября 1572 года, подтвердившего действенность царского Уложения о княжеских вотчинах 15 января 1562 г.
Новый приговор воспрещал удельным князьям Воротынским, Одоевским, Трубецким, а также князьям Ростовским, Ярославским, Стародубским и другим свободно распоряжаться своими старинными родовыми вотчинами:
Приговор 1572 г. ограничивал права членов Боярской думы на земельные владения, как родовые, так и пожалованные из казны. Наследники боярина могли получить вотчину «государьского данья» только при наличии специальной оговорки в жалованной грамоте. В противном случае жалованные вотчины переходили в казну сразу после смерти боярина.
