Молот Тора полностью

Для этого же ополчения Эйнар велел Тараху и Ждану подыскать несколько сотен волхов. Из них Эйнар выбрал шесть дюжин самых рослых и на вид воинственных, две дюжины гостомыслов отдал под начало Тараху, а остальные четыре дюжины – Ждану. Гостомысловых ополченцев стал обучать Берси Сильный, а Ждановых – Грим Копченый и Свейн Рыло. Их вооружили дубинами, небольшими копьями, тяжелыми, но прочными щитами и стали тренировать. А длинными веревками они сами умели пользоваться: они ловко закидывали их издали на человека и тут же затягивали петлю.

Ингвар тем временем начальствовал среди ильменей. Помогал ему в этом деле Адульф; он когда-то служил у франков и был у них военачальником.

Адульф уже отобрал несколько дюжин рослых и широкоплечих молодцов и уже начал их готовить, как вдруг Ингвар ему говорит:

– Сегодня у ильменей праздник. О дожде будут просить. Сходи, посмотри.

Адульф, хотя и не понял, зачем ему, человеку другой веры, присутствовать на языческом обряде каких-то диких словен, но Ингвара он всегда слушался и отправился в рощу на Черной Реке. Там ильмени сначала пели заклинания своим дождевым духам. Затем вышли из рощи и принялись пить ржаную брагу, мужчины и женщины. Потом они стали плясать, соревнуясь друг с другом и друг друга дразня и задирая. А после начали драться. И дрались стойко и зло, руками, ногами, кольями и тем, что они называют кистени – сначала совсем юные, затем постарше и, наконец, матерые, ловкие, лютые. Девицы и женщины ими любовались со стороны и радостно их подначивали. Два человека было убито, пятерых унесли на руках.

Когда драка закончилась, Адульф попросил жреца Сотко, чтобы тот привел к нему самых отъявленных драчунов, вокруг которых, как шершни вокруг матки, кружатся и кусаются другие бойцы. Ильмени называют таких главарей резаками. Сотко просьбу исполнил, и этих резаков с их ватагами Адульф взял в свой отряд, а прежних широкоплечих, но неповоротливых, распустил, оставив из них лишь дюжину – тех, которых резакам не удавалось сбить с ног.

В это время у Ингвара гостил Хельги. И Ингвар ему сказал:

– Присмотрись к рыбакам среди ловачей.

Хельги, как и Адульф, сначала не понял и говорит:

– Обязательно присмотрюсь. Ты мне только скажи, зачем они нам? Лучников для своего корабля я набираю среди ильмерей. Болли Малыш их тренирует, хотя они и без того метко стреляют. Он им дал тугие луки и учит не только попадать в цель, но также пробивать щиты и доспехи.

– Во Взваде возьми у ловачей полдюжины лодок, – говорит Ингвар.

– Мы договорились, что луги с ишорами поставят нам лодки с воинами, напомнил Хельги, но прямиком поплыл на южный берег Треллеватна, в селение Взвад, возле которого в Ильмень-озеро впадает Ловать-река.

Собрав рыбаков, угостил их северным пивом и, как он умел, с помощью переводчика расспросил их об их жизни. Он выяснил, что ловачи ловят рыбу двойной сетью и, чтобы с такой сетью управиться, собираются в отряды по двадцать человек. У каждого ловца в этом отряде есть свои точно обозначенные обязанности. Во главе же отряда стоит самый опытный, самый сноровистый рыбак, которого они называют большак. Большак этот пользуется всеобщим уважением, потому как владеет всеми тонкостями лова, обладает рыбацким чутьем, не теряется в сложной, иногда смертельно опасной обстановке. Про него, большака, говорят, что только с ним общается Морской Царь, который иногда ездит по озеру на громадном соме, и только ему, большаку, может подсказать, где и как лучше ловить рыбу.

Через день Хельги собрал большаков и сообщил им о том, что их будут готовить к битве с грабителями-росами.

– Где и когда будет битва?

– Похоже, что осенью. На Заливе Финнов, – сообщил Хельги.

И тут все большаки отказались, сославшись на то, что осенью у них самый лов.

Хельги не стал с ними спорить. Он вызвал Шумила, старейшину племени и сказал ему:

– Объясни большакам, что, если они нам не помогут, еще не известно, кто кого будет ловить этой осенью.

– Сколько тебе нужно сойм? – спросил Шумил; так они называли свои лодки.

– Шесть, – отвечал Хельги.

– Завтра будет девять, – пообещал Шумил.

Лодки с рыбаками прибыли к Хельги только через неделю и всего пять, а не девять обещанных. Но Атли Толстый и Старкад Шерстяная рубашка, которым Хельги поручил их тренировать, скоро доложили своему хевдингу, что ловачи-рыбаки весьма способны к военному искусству, а их большаки – прирожденные командиры.

В начале двойного месяца, или в середине того месяца, который в здешних местах именуется знивен – словене называют его жнивень, но северным людям это трудно произнести, – разведка доложила о том, что нарвские росы стали готовиться к походу и уже договорились между собой, кто из них какое словенское племя получит во владение. Те же гонцы принесли весть, что посланный к росам Семунд Красивый назад не вернется, так как росы его сначала долго мучили, а потом отрубили ему голову.