– Биба ушлый, поверь, для этого нужен профи. В конце концов мы еще выдадим что-нибудь, благодаря чему он сможет нами манипулировать. Тот, у кого хорошо подвешен язык, способен ловко искажать чужие слова.
Бугимен до сих пор находился в музее, где его
Наверное, Мона предпочла бы пойти и проверить, хотя ей велели ждать под каменной аркой на входе – у постороннего колдовства и заклинаний возникали сложности со старыми дверями. Но, прежде чем она заставила себя встать, в ушах зазвенело от громкого автомобильного гудка. Бен тут же залаял и, преисполненный сознанием долга, подошел к Кензо, однако Мона узнала машину, которая в этот момент с горящими шинами промчалась перед музеем. Запаниковавший мусорный бак с визгом от нее увернулся. Непонятно только, что именно издало этот звук: машина или мусорка.
– Инспектор Плюмбомбо, – удивленно воскликнула Мона, когда пожилой мужчина вышел из своего серебристого «Peugeot».
На нем был современный тренч в шотландскую клетку, прежняя трехдневная щетина превратилась в усы с бакенбардами, а берет на редеющих седых волосах завершал британский образ. Когда он увидел Мону, от широкой улыбки у него на лице показались лукавые морщинки и сразу скинули ему лет двадцать. Потом со скрипом распахнулась пассажирская дверца, и на тротуар спрыгнула помесь таксы. Обслюнявленная сигарета с правой стороны пасти подсказывала, что это не обычное животное.
– Собаська! – весело взвизгнула Тиффи, выскочила из рук Моны и, радостно виляя попой, бросилась к новым гостям. Ведьма рванула за ребенком, перепрыгивая сразу через несколько ступенек.
– Добрый вечер, госпожа Хасс. М-да, вот я и выбрался на свадьбу. Поздравляю, кстати. – Плюмбомбо засмеялся и протянул ей руку.
– Спасибо… и извините, – пролепетала она.
– Ничего-ничего. Звонок Бальтазара меня спас. Шеф поручил мне вносить в каталоги проклятую мебель. С ума сойти, как быстро умеют двигаться некоторые столы.
– Эй, – раздался мрачный голос откуда-то снизу.
Пес, прищурившись, вопросительно смотрел на своего хозяина. Тиффи, которая была лишь немного меньше него, взволнованно прыгала вокруг. Ее повизгивания звучали как «Играть, играть, играть».
– Ты же еще совсем недавно жаловался на скуку в офисе, – пожал плечами Плюмбомбо.
Поразительно, насколько по-человечески выглядело раздраженное выражение на собачьей морде. Он даже глаза закатил, но, к изумлению Моны, припустил прочь. Тиффи со счастливым хрюканьем последовала за ним.
– Эм…
– Пусть поиграют. Этот старый пес только строит из себя ворчуна, на самом деле он любит детей. – Тем не менее смех инспектора прозвучал слегка язвительно. – Итак, идем внутрь?
– Вообще-то… – начала ведьма и вдруг услышала уже ставшее знакомым шипение адского пламени.
Оглянувшись, она успела заметить Ван Хельсинга, плотно прижатого спиной к Бальтазару и пытающегося спастись от огня портала. Для человека его роста он смог занять удивительно мало места, и все же ему пришлось стряхивать с джинсовой куртки язычки огня.
– Никогда больше, – прошипел комиссар.
Бальтазар обошел его и сразу обнял жену. У него был тот самый нервный вид, который уже стал причиной парочки проломленных стен, поэтому Мона притянула его к себе, чтобы быстро поцеловать.
– Как же я все это ненавижу, – прошептал он ей в губы.
– Знаю. Но Носдорфам не удастся вечно водить нас за нос.
– Если я только смогу своими руками выжать из этого бугихрена все соки!
Плюмбомбо похлопал Бальтазара по плечу и махнул в сторону входа.
– Добрый вечер, старина. Пойдем?
Трое мужчин и Мона поспешили вверх по лестнице, а поскольку собака шла за хозяином, Тиффи тоже послушно поскакала следом.
– Можете присмотреть за ребенком и позаботиться об остальных гостях? – попросила друзей Мона.
Бенико и сама уже наклонилась к малышке.
– С удовольствием! – пискнула она, чем мгновенно привлекла внимание Тиффи.
Свинка уже сообразила: если рядом Бен-Бен, то ей перепадет особенно хороший алкоголь. Поэтому быстро стала фанаткой эльфийки и оборотня.
– Мы с Бербель решили осмотреться, – объявил Борис, у которого так и не получилось избавиться от беспокойства. Его взгляд на секунду метнулся к Ван Хельсингу, который в самом деле посмотрел на него в ответ. Борис внезапно начал заикаться. – С-сделаем небольшой кружок по территории. На в-всякий случай.
– Спасибо вам! – Мона сжала ладони Бориса, быстро обняла Амелию и отправилась догонять Бальтазара.
– Ну, вот мы и встретились, – больше прорычал, чем произнес Ван Хельсинг.
Он возвышался перед бугименом, скрестив руки на груди, а во взгляде отражалась тьма, от которой у Моны побежали мурашки по коже.
