- ...приговаривается к изгнанию! НО! – староста сделал паузу, и народ притих, ожидая продолжения. Староста был хорошим оратором, а в должности старосты уже пятнадцать лет – волей-неволей научишься управлять толпой. Опыт – великое дело.
- НО! Ему дается три месяца на то, чтобы доказать, что он не тварь. Если через три месяца Андрус не перекинется в тварь – он сможет вернуться в село. Купец Урхард Гирсе приговаривается к штрафу в один золотой за пререкания с судом, за угрозы и непочтение! Но если хочет – может остаться в селе и торговать, как и прежде. Андрусу даются сутки, чтобы покинуть пределы села, после этого каждый, кто встретит его в пределах Черты – может Андруса убить, и не понести за это наказания. Сказано – сделано! Суд закончен. Андрус – сутки на сборы, это понятно?
- Ты какого хрена его не выгнал?! – Бирнир ревел как зверь, надвигаясь на старосту – ты что...ты...ты...
Мужчина задохнулся от ярости, побагровел, потом закашлялся, и стал задыхаться, будто вдохнул что-то невидимое, забившее ему глотку. Андрус уловил волну удовлетворения, исходящую откуда-то из первого ряда и заметил довольную физиономию лекарки – она незаметно вытерла ладонь о юбку, предварительно посмотрев по сторонам – не видел ли кто-нибудь из односельчан.
- Хитрая гадина – этот староста! – в бессильной ярости сплюнул Урхард – пошли отсюда, здесь больше делать нечего!
Андрус встал со скамьи и пошел следом за ним, глядя в широкую спину, обтянутую рубахой из толстой клетчатой ткани, прикрывающей кольчугу. Рука Урхарда лежавшая на рукояти меча побелела от напряжения, в отличие от покрасневшего лица торговца, распираемого прилившей кровью.
Отойдя шагов двести от дома старосты, Урхард разразился такой черной руганью, что Андрус решил запомнить несколько выражений и спросить купца – что они означают. В жизни пригодится.
Отругавшись, купец выдохнул, и досадливо бросил:
- Чуял я последний год, что меня хотя отсюда выжить. К тому шло. Но не думал, что все будет так быстро. Думал, успею подготовить себе дело в городе, и вправду хватит уже сидеть в глухомани, девчонки давно мне говорили, что пора перебираться в город, да я все медлил. Вот и теперь хочешь, не хочешь, а придется. Да ладно, наплевать. Дом только жалко – продать его не продашь, оставлять – сожгут к демонам. Все барахло ведь с собой не увезешь.
- Подожди, Урхард – Андрус остановился возле здоровенной сосны, растущей на обочине и дававшей приятную тень. Сегодня солнечно и жарко, потому постоять в тени хотя бы минутку, вдохнуть лесной воздух было довольно приятно.
- Что? Тебе плохо? – нахмурился купец – ты же еще после вчерашнего не отошел, а тут вот...суд, мать его .....!
- Нет. Я хорошо себя чувствую, даже очень хорошо. С тех пор, как вы меня подобрали, лучше чем сейчас я себя никогда не чувствовал.
- Точно? – умные глаза Урхарда впились в лицо парня – и почему же ты так хорошо себя чувствуешь? Вроде бы должен сейчас переживать, а?
- Вы не должны уходить – начал Андрус, задумчиво глядя вдаль, туда, где в дымке горизонта исчезала зеленая волна Леса – я уйду один. Только не говори, что это неправильно и все такое прочее. Чушь это все. Правильно – уйти одному, выждать время, и вернуться – если это возможно. Единственное, что я попрошу – немного денег взаймы – я потом отдам, меч, да одеться во что-нибудь.
- И куда ты пойдешь? В город?
- В город. Я еще вот что тебе скажу – не предназначен я для сидения в лавке, для торговли, хотя знаю, что неплохо в ней разбираюсь. Я воин – это знаю точно. И должен жить как воин.
Андрус закусил губу и посмотрел на грустного, молчаливого купца:
- Ты не обижайся, я обязан тебе и твоей семье. И не хочу быть причиной вашего изгнания, не хочу, чтобы вы, впопыхах, бросили дом, лавку и уехали в пустоту, в неопределенность. Вы этого не заслужили. А я должен найти себя. Сидя в лавке себя никак не найдешь. Только впадешь в идиотизм, как эти люди. И вообще – почему мы так легко им сдались? Я бы мог пооткручивать головы этим парням прежде, чем они бы сообразили, что происходит.
- А дальше что? Ну – пооткручивал бы, да. Верю. А потом – как тут жить?
Урхард вздохнул, и поправил меч. Помолчал, и добавил:
- Это тесный мирок, все друг друга знают. Если не соблюдать законы села – писаные и неписаные – этот мир тебя отринет, отбросит. С тобой не будут разговаривать, тебя будут избегать. Никто не купит у тебя ни одной вещи – лучше пойдут за двадцать верст в Селегово, в лавку Зерхеля. Приходится волей неволей жить по законам села. Я и правда собирался отсюда свалить. Денег заработал достаточно, и золотишко есть, и камни – хватит. Надоело. Открою торговлю в городе, будем жить. Ты вот что...а как же Беата?
- А что Беата? – потерянно ответил Андрус – она очень хорошая девушка. Заслуживает лучшего чем я мужа. Я Никто Ниоткуда. Да еще и со странными способностями. Зачем я ей? Исчезну, пройдет время, она меня и забудет.
