С самого начала своего регентства он нашел поддержку у папы Климента VII (в миру – Джулио Медичи). Тем не менее убийцы Люсьена (Лучано) Гримальди остались безнаказанными, и Огюстену Гримальди не удалось отомстить за своего брата. Зато он оказался привлечен к союзу с императором Священной Римской империи Карлом V Габсбургом и вступил с ним в переговоры. При этом он долго колебался, прежде чем полностью отказаться от Франции. Он даже сказал, что готов поступить на службу к королю Франциску I, но неприемлемые условия, на которые ему пришлось натолкнуться, были равносильны отказу. В результате Огюстен Гримальди перешел на сторону императора, и порт Монако стал базой снабжения императорской армии. Только тогда во Франции поняли, что зря пренебрежительно отнеслись к предложениям Огюстена. К нему был отправлен переговорщик, но было уже слишком поздно, так как союз с Карлом V был уже заключен.
В 1524 году Огюстен Гримальди от имени Оноре заключил Тордесильясский договор с Испанией, в соответствии с которым Монако стало протекторатом Испании (империи Габсбургов). По сути, Монако стало вассалом испанского короля. В городе разместился испанский гарнизон, обеспечение которого полностью легло на плечи горожан. Изначально в договоре было указано, что правитель Монако обязан платить дань королю Испании, но потом это требование было удалено из договора.
А потом, после 1527 года, вновь началось сближение с Францией, тем более что старшая сестра Огюстена вышла замуж за Оноре де Вильнёва, сеньора Туретта. Но основным фактором тут оказалась вдова Люсьена (Лучано) Гримальди, повторно вышедшая замуж за принца Савойского дома, графа де Панкальери, который был всецело предан делу Франции. В последние месяцы 1527 года маршал де Лотрек с французской армией перешел Альпы, и Панкальери выдвинул условия, на которых Монако могло вернуться под протекторат Франциска I. Впрочем, чума, уничтожившая армию Лотрека под Неаполем, положила конец начавшимся переговорам.
Контактировал Огюстен Гримальди и с Савойей, и с Генуэзской республикой.
В 1529 году сам император Карл V Габсбург нанес визит в Монако. Он прибыл туда 5 августа 1529 года и оставался там до 9 числа того же месяца.
В 1529 году Карл V, суверен, безраздельно правивший империей, «над которой никогда не заходило солнце», посетил князя Монако Огюстена Гримальди. Этот визит важен, потому что он знаменует начало связи, которая продлится более века. Монако на весь этот период перейдет под протекторат Испании.
Этот визит для Монако был великой честью: Гримальди принимал в своих стенах арбитра всей Европы. Четырнадцать галер, вышедших из Барселоны под командованием Андреа Дориа, который в то время был связан с судьбой Испании, везли крупнейшего государственного деятеля Европы первой половины XVI века в Италию, где он должен был быть коронован самим папой. Он был встречен и вошел в Порт-Эркюль. Огюстен Гримальди, который уже в 1522 году принимал папу Адриана VI (в миру – Адриана Флоренсзоона Буйенса), приложил все усилия, чтобы достойно поприветствовать своего гостя.
Когда Карл V отплыл в Геную, его сопровождали Огюстен Гримальди, а также юный Оноре, которому тогда было всего семь лет.
В начале 1531 года Карл V подал прошение о присвоении Огюстену Гримальди звания кардинала, и с этой целью он отдал официальные распоряжения своим послам в Риме. Но переговоры натолкнулись на множество препятствий. Это противостояние продолжалось достаточно долго, и смерть настигла Огюстена Гримальди до того, как он облачился в кардинальский пурпур.
Огюстен Гримальди скончался в Монако 14 апреля 1532 года при невыясненных обстоятельствах. Некоторые историки утверждают, что он был отравлен. А если так, то все трое сыновей Клодины Гримальди, которые последовательно управляли ее наследством, умерли не своей смертью.
Оноре Гримальди было в это время всего 10 лет, а посему регентами стали сначала Никколо Гримальди, а потом Этьен Гримальди, причем последний проявлял все большую сдержанность по отношению к имперской канцелярии, и его требования с каждым днем приобретали все более независимый тон. Неудачная кампания Карла V в Провансе в 1536 году стала для наставника Оноре возможностью еще больше подчеркнуть это отношение: не открыл ворот и даже отказался выйти, чтобы поприветствовать императора.
