«Черный господин» обратил внимание и на сестер Ново-Тихвинского женского монастыря Антонину и Марию. Он перепугал бедных женщин и запретил им носить в дом Ипатьева какие-либо продукты, кроме бутылки молока размером в четверть (два с половиной литра). Юровский не раз говорил, что пролетарское государство выделяет на содержание каждого арестанта из царской семьи по 500 рублей – это вполне достаточно для прожиточного минимума. На эти деньги живут тысячи людей в тюрьмах России и с голода не умирают.
Кто он – этот новый, такой строгий главный надзиратель у Романовых?
Чекист, и не просто рядовой сотрудник недавно созданного карательного пролетарского органа, а член президиума Уральской областной ЧК. Вот кому доверили главные чины Урала охрану царской семьи.
Родился Яков Михайлович Юровский в 1878 году в городе Каинске Томской губернии в бедной многодетной еврейской семье. Его отец, проживая в Полтавской губернии, совершил какую-то кражу, за что судом был сослан в Сибирь. Маленький Янкель учился в Томске в еврейской школе «Талматейро» при местной синагоге, но окончить ее ему не удалось из-за материальных трудностей. Бросив учебу, он поступил учеником к часовому мастеру Перману. В этом деле Янкель проявил незаурядные способности и через некоторое время открыл свою часовую мастерскую.
В 1904 году Юровский женился на Мане Янкелевой, у него родился сын. В это же время он знакомится с марксизмом и включается в революционную работу. В 1905 году вступает в партию большевиков. Во время первой русской революции, скрываясь от преследования царской охранки, бежит из России в Германию и больше года живет в Берлине. Затем возвращается на родину, проживает вначале в Екатеринбурге, а потом в Томске, где открыл часовой магазин. Он был по тем временам довольно состоятельным человеком, товар его в магазине оценивался тысяч в десять.
Откуда так быстро разбогател этот бедный еврей? Помогла ему в этом партия большевиков. Занимаясь на их деньги коммерцией, он вел тайную партийную работу, являлся содержателем явочной квартиры. В 1912 году Юровский попадает в поле зрения Томского губернского жандармского управления, привлекается им к дознанию и высылается на Урал.
В Екатеринбурге он открыл фотоателье и продолжает заниматься тайной работой в пользу большевиков. С началом Первой мировой войны Юровский призывается на службу в царскую армию и состоит солдатом в 698‑й Пермской пехотной дружине. Вскоре он устроился в фельдшерскую школу, успешно ее окончил и получил звание ротного фельдшера, после чего работал в одном из екатеринбургских лазаретов. С партией большевиков он не порывает и ведет пропагандистскую работу среди солдат гарнизона города Екатеринбурга. После Октябрьского переворота избирается членом Уральского областного совета, а с созданием Екатеринбургской губЧК становится членом ее коллегии.
Помощником у Юровского стал молодой рабочий с динамитного завода Григорий Петрович Никулин, вступивший всего около года назад в партию большевиков. Юровский приметил этого всегда чисто одетого, подтянутого чекиста с наганом на боку в Уральской областной ЧК, где он работал с марта 1918 года после закрытия завода.
Новый комендант дома Ипатьева упросил Белобородова назначить симпатичного, совсем непьющего слесаря, что было редкостью для того времени, к нему заместителем. В дальнейшем Юровский часто называл своего молодого помощника ласковым словом «сынок».
21 июня Александра Федоровна о молодом помощнике Юровского писала в дневнике, что ей он «показался более приличным по сравнению с другими – вульгарными и неприятными».
В этот день вместе с Юровским Никулин велел показать им все драгоценности, которые находились на всех царских особах. Затем он тщательно их переписал и все забрал, оставив только два браслета на Александре Федоровне, которые она не смогла снять.
Будучи комендантом дома особого назначения, Юровский, с согласия Уральского совета, разрешал проведение богослужения для царской семьи. Проводил молебен священник Екатерининского собора Анатолий Меледин. В свое время он рассказывал своим работникам, что ему пришлось дважды служить молебен царской семье в доме Ипатьева, но, как он отмечал, говорить с кем-либо из них было нельзя.
Вскоре внутренняя охрана была полностью заменена Юровским. Партийный комитет РСДРП(б) Екатеринбурга прислал несколько партийцев и бойцов ЧК, а с Никулиным из «американки», то есть американской гостиницы, где располагалась Уральская областная чрезвычайная комиссия, прибыло десять латышей во главе с Целмсом Яном Михайловичем, бывшим кирасиром царской лейб-гвардии. Он охранял Романовых еще в Царском Селе. По делам службы в ЧК ему не раз приходилось уже бывать в доме Ипатьева.