Из данной справки усматривалось, что уполномоченным по организации и оформлению предполагавшегося в 1917 году выезда семьи Н.А. Романова за границу был граф П.К. Бенкендорф. Ведение личных денежных и имущественных дел своих и членов своей семьи Н.А. Романов поручил графу Я.Н. Ростовцеву, князю В.С. Кочубею и генерал-лейтенанту Е.Н. Волкову. Об этом поручении Николая II Бенкендорф сообщил письмом В.С. Кочубею, обещая о том же поставить в известность Временное правительство.
В письме графа Бенкендорфа Временному правительству были представлены и условия, при каких предполагалось вывезти из России царскую семью. Однако Временное правительство «не признало возможным разрешить» в то время «сношения по изложенному в письме вопросу» и вернуло его 22 марта 1917 года через начальника царскосельского гарнизона полковника Е.С. Кобылинского графу П.К. Бенкендорфу.
В другом своем письме от 29 июля 1917 года граф П.К. Бенкендорф, адресованном комиссару Временного правительства по управлению дворцовым ведомством Ф.А. Головину, сообщал, что список «вещей и предметов весьма ценных» из Александровского Царскосельского дворца, составляющих «личную собственность семьи», будут им переданы барону, уполномоченному комиссара Временного правительства над Министерством двора и уделов по Царскосельскому дворцовому управлению Б.Л. Штейнгелю.
В письме от 15 августа 1917 года на имя Вали (так царь и некоторые его приближенные называли князя В.А. Долгорукова) Бенкендорф сообщал, что с согласия упоминаемого Ф.А. Головина он решил «перевести драгоценности из Александровского дворца в Камеральный отдел кабинета, где уже находилось «много драгоценностей ее величества, наследника и великих княжон», а также «все предметы, находящиеся в витринах, ящиках и т.д. в собственных комнатах Зимнего дворца».
Из вещей Николая Романова намечалось сдать:
1) ящик с орденами,
2) ящик с табакерками, портсигарами и витриною с монетами,
3) ящик с бухарскими подарками государю и наследнику и вещи гранильной фабрики,
4) старинные серебряные предметы.
Из вещей А.Ф. Романовой:
1) сундук с разными ювелирными вещами,
2) сундук с орденами и разными бухарскими подарками,
3) ящик с девятью иконами и тремя большими яйцами,
4) сундук с кружевами.
Нужно заметить, что все дела бывшего министерства двора и в особенности имущественные их величеств и всех великих княжон рассматривались в Комиссии юристов под председательством бывшего присяжного поверенного, комиссара Временного комитета Государственной Думы в Министерстве юстиции В.А. Маклакова.
В первое время в работе этой комиссии участвовали князь В.С. Кочубей и Е.Н. Волков, но затем их перестали приглашать. Участвовал ли в работе этой комиссии граф Я.Н. Ростовцев, неизвестно.
В данном письме граф П.К. Бенкендорф также писал, что «все ценности, находящиеся в кабинете, значатся под рубрикой «Запасный капитал Министерства Двора», поэтому, как подчеркивал Ф.А. Головин, они переходят в казну».
Здесь же граф Бенкендорф сообщал, что «вопрос о принадлежности их величествам и их детям капиталов, находящихся в заведывании графа Ростовцева и у Мендельсона (банкирский дом «Мендельсона и К°» в Берлине)», и, как по словам Головина, «не подлежит сомнению, исходя из этого он не считает нужным передавать этот вопрос на обсуждение комиссии».
Вскоре у полковника К.С. Савицкого оказались присланные Главным архивным управлением НКВД СССР и две справки Центрального государственного исторического архива в Ленинграде о внесении в заграничные банки ценностей бывшей царской семьей Романовых. Так, ленинградские архивисты в фонде «канцелярия императрицы Александры Федоровны» выявили дело под названием «Заграничные капиталы», которое свидетельствовало, что в 1905 году в Германский имперский банк были внесены на детей императорской фамилии 1 787 100 германских марок и 462 934 английских фунтов стерлингов. В 1906 году в этот же банк было внесено сто свидетельств государственной 4 % ренты по 25 тысяч каждое на сумму два миллиона 500 тысяч рублей. Вклады производились действительным статским советником Федоровым при посредстве банкирского дома «Мендельсона и К°» в Берлине.
В представленном канцелярией императрицы Александры Федоровны докладе комиссару Временного правительства о наличии капиталов членов императорской фамилии на 1 октября 1917 года указывалось, что императрице принадлежит, находящийся в ведении кабинета герцога Гессенского в г. Дармштадте наследственный капитал в сумме 256 001 марок 68 пфеннигов.