Гарри не мог поверить, что все это происходит с ним, и не является его ночным кошмаром.
Отойдите!!!- громче повторил главный колдхирург. - Не мешайте нам делать свою работу.
Гарри закачался и схватился за край стола. Чернота залила взгляд и он начал медленно опускаться на пол. Его подхватили и оттащили к стулу, что был у стены. Сунули под нос флакон с мятной солью. Обморок продлился дольше обычного, из-за этого Томас Мендон, даже снял с обработки, сестру Лориту. Велев ей следить за состоянием именитого пациента. Когда он, пришел в себя, Мерлина уже обмыли, боясь доставить еще большие мучения, не стали обряжать в больничную рубашку. Теперь он лежал успокоенный, с закрытыми глазам. Лицо распухло, губы черные. Но это был он. Гарри приблизился. Наклонился. От каждого вздоха на губах воспитанника надувался кровяной пузырь. Сзади подошел Томас.
Как я понимаю, вы знаете этого ребенка.
Строго поинтересовался он. Гарри поднял на него полубезумные глаза.
Это мой сын!
Мне искренне жаль. Ребенок - умрет, сейчас или завтра. Уже то, что он еще дышит для нас загадка, оба легких бездействуют. Так же повреждены все внутренние органы, - колдмедик, стал перечислять названия, точно на уроке анатомии. Гарри не мог понять, почему он каждый раз все сводит только к одному – «полностью разрушены». Морщась от легкого дурмана, лошадиной дозы вколотого успокоительного, старательно делал понимающее лицо, а в голове крутилась лишь одна мысль.
– Кто?
…….и мы предлагаем вам подписать согласие на применение непростительного заклятья. Что бы мальчик умер быстро.
Гарри повернулся и еще раз посмотрел на стол.
Принесите мне памятиворот, - тихо, срываясь на змеиный язык, прошипел он.
В дымке сначала ничего нельзя было понять, но вдруг изображение задрожало и оформилось. На всех присутствующих, глянуло искаженное злобой, лицо Тео.
Гарри быстро вернул мысли мальчика обратно.
Позаботьтесь о нем. Я оплачу любые чары , примените все что известно, не сможете сами, вызовите из магловского мира, нужного специалиста. Много специалистов, сколько надо…
Чувствуя что опять начинает отключаться, сделал знак мед.ведьме подойти, и опустился на стул.
40
Только живи.
Джинни не выдержала, устроив мальчиков у бабушки Молли, она вернулась в свой опустевший дом. К вечеру вернулся и Гарри. Таким своего мужа она еще не видела, Гарри едва держался на ногах. Ничего не видя, он мешком повалился на диван. Супруга села рядом провела пальчиками по затылку. Гарри застонал и повернулся к ней. Она заметила, что у него прокушена нижняя губа.
Мы с тобой, - обняла его за шею – что бы, не случилось.
Он бессознательно привлек к себе такую хрупкую и одновременно такую стойкую, жену.
Мерлин. В больнице. Он умирает. Надо сообщить его семье.
Джинни поняла голову. В глазах стояли миллионы невыплаканных слезинок. Стараясь щадить её чувства, муж рассказал, как нашел мальчика, и что он очень плох. Джинни согнулась, прикрыв рот ладонью, что-бы не закричать.
Съезди к его родителям. - В конце своего повествования, еще раз попросил Гарри. - Они должны знать.
Джинни встала и подошла к камину, взяв летучий порох, вопросительно взглянула , мысленно спрашивая адрес. И Гарри назвал.
Малфой - минор.
Её не пустили дальше приемной. Джинни держалась из последних сил, стоя, на натертом как зеркало, паркете, только крепко сжимала свою волшебную палочку. Десять минут к ней никто не выходил. Пробежало два домовика, с испуганными лицами. Наконец из боковой двери показался сам лорд Малфой.
Вы имеете сведения о Мерлине?
Безразлично произнес он. Его гордый взгляд облил презрением её дорожную мантию. Джинни быстро кивнула.
Я слушаю.
Она протянула ему пергамент. Малфой быстро прочитал написанное, и не раздумывая, расписался. Джинни не могла поверить, она ожидала расспросов, упреков, всего чего угодно и внутри собралась, а он просто одним росчерком пера, прекратил жизнь сына. Малфой холодно посмотрел на нее.
Известите нас, когда можно будет забрать тело.
Развернулся и ушел. Джинни, все не могла сдвинуться с места. В руке дрожал пергамент. Появились домовики, вежливый камердинер осведомился о её способности найти дверь. Волшебница испуганно поглядела на него, и сделал несколько шагов назад.
Прочь из этого места, - бился в голове голос, она натыкаясь на мебель , бросилась на крыльцо.
Миновала беломраморных лебедей украшавших подъезд, усыпанную гравием дорожку , ворота, кусты, бок машины. Уже взявшись за ручку, она почувствовала, как кто-то удерживает её.
Сзади стояла Гермиона, вдруг не говоря ни слова, она тяжело опустилась на колени, схватив Джинни за длинный подол мантии.
Спасите его.
Только и смогла произнести. Она начала срывать с пальцев драгоценные кольца и перстни, руки не слушались, плача слепо впихивала их в ладони волшебницы.
Возьми Джинни, - возьми все! Только спаси моего мальчика!
За кольцами последовало брильянтовое колье, диадема. Гермиона лихорадочно вытянула из глубокого декольте серебряный крестик.
– Передай ему. В этот амулет я вложила свою любовь, он поможет.
