Верхняя одежда, в которой была вчера, висела на своих местах в гардеробе, сухая и чистая. Хельга позаботилась, больше некому. Как я ни старалась, не могла разжечь в душе ненависть к моим Мерлинам, хотя, возможно, они этого отчасти и заслуживали. Но ни грубого слова, ни, тем паче, рукоприкладства к порой своенравной подопечной они не применяли. Только ласка, забота, защита... Разве можно столько лет притворяться? У любого терпение лопнет, ведь правда?
Я надела бежевое вязаное платье с подолом по колено и массивным теплым воротником, натянула теплые чулки, высокие сапоги, волосы, что уже доросли до талии, сплела в простую косу и перекинула через плечо. Подумала, и шубу с шапкой нацепила там же, в спальне. Не хочу лишний раз пересекаться с шаманом. Особенно, встречаться с ним взглядом.
Но уйти не успела. У самого входа раздался громкий стук, а после — мужской голос:
— Эй, кто-нибудь! Есть кто дома? Сеньоры Мерлин?
Голос принадлежал главному городскому лекарю, сеньору Сомали. Мы хорошо его знали еще со времен, когда папа был жив. Пожилой уже мужчина был часто вхож в наш дом, несмотря на отсутствие титула, и даже удостоен права не обращаться к нам как это принято в свете «Ваше Сиятельство». Впрочем, здесь, вдали от столичных жестких нравов Мелики, конкретно это правило негласно игнорировали почти все местные жители.
Услышавшие стук Мерлины спустились вниз, полуиспуганно-полуудивленно воззрившись на меня.
— Сомали, — шепотом уведомила я, и сама не предполагая, что делать. — Наверняка кто-то вызвал его, вернувшись домой.
— Метель... — почему-то именно это волновало Бена.
— Почти стихла, — объяснила я.
Но стоит отдать должное: старик и правда пошел на колоссальный риск, отправившись в дорогу к возможным больным по такой погоде! И держать его снаружи — бесчеловечно!
С другой стороны, не исключено, что там как раз намного безопаснее.
— Бен, надо отворить, — нерешительно произнесла тетушка. — Ведь Питер, он столько добирался сюда, — она думала в том же направлении, что и я.
Я огляделась, но ни следа шамана не заметила, и, не дождавшись реакции дядюшки, распахнула дверь.
— Добрый день, сеньор Сомали! Прошу прощения, что долго.
— Приветствую, красавица, — улыбнулся лекарь, проходя в прихожую. — Хорошо, что я успел, покамест Ледяная Богиня взяла перерыв. Ну и снежно год начался!
— Здравствуйте, дорогой Питер! И не говорите, — покачала головой Хельга, принимая его пальто и шляпу, и сама относя в гардеробную. — Вы дилижансом?
— Что вы, они, увы, не ходят, заказал карету. Однако ж боюсь, что лошадка у извозчика худа как жердь, и, хоть тот и обещал меня дождаться, но вдруг что.
— Ерунда, у нас хорошие кони, можем одолжить, — сообщил Бен. — Что вас привело к нам, сеньор Сомали?
Как и я и думала, всполошившиеся гости, изгнанные из особняка, сразу же отправились в лекарскую. Естественно, на праздники она была закрыта, и им пришлось слать слуг прямо домой к Сомали. Тот, в свою очередь, испугался не меньше остальных — никому не нужна эпидемия пневмонии — и побежал, насколько позволяли возраст и погода, к возможным пациентам.
Я перевела красноречивый взгляд на бывших опекунов, мол, выкручивайтесь теперь, как хотите! Те переглянулись, совсем как накануне, и одновременно закашляли. Еле удержалась, чтобы не засмеяться — вот это актерская игра! Они все еще не перестают меня удивлять!
— Давайте поднимемся наверх, там нас и осмотрите, — предложила Хельга. — Там руки помоете. А потом можем выпить чаю, или сначала предложить вам обед, а уж после...
— Нет-нет, я же говорю, у меня не слишком много времени, — поднял руки лекарь.
— Тогда не будем его более тратить, пойдемте.
Они начали медленно подниматься по лестнице, я, не зная теперь, в какую сторону идти, потопталась на месте. Так как все еще стояла, полностью одетая, становилось все жарче, выходить на улицу под ветер будет глупо. Я стянула шапку и шубу, обмахнулась, чтобы хоть немного остыть, и пошла за ними. Сеньор Сомали как раз обернулся и его лохматые седые брови сошлись на переносице.
— Сеньорита, а что с вашей ножкой? Вы хромаете!
Едва заметно, но от острого взора лекаря это не укрылось.
— Не сильно. Неудачно наступила.
— Как неприятно! Тогда позвольте, я осмотрю вас после Бена с Хельгой?
Хотела сначала возразить, но прикусила язык. Кажется, необязательно идти к конюху, чтобы передать послание братьям!
— Да, пожалуйста, а то лодыжка опухла, — вздохнула я. — Подожду в своей спальне. Вы же знаете, где она расположена?
— Конечно!
