Здесь они оставляли письма на родину. Если какой-нибудь китобоец возвращался домой, он обязательно забирал все письма, лежавшие в бочке. И в наши дни любое судно, плывущее мимо Галапагоса, считает своим долгом забрать корреспонденцию и сдать ее на почту в Панаме или Сан-Диего. Оставленные здесь письма — с марками или без марок — рано или поздно доходят до адресата. Телига тоже воспользовался этим оригинальным почтовым отделением и отправил письма в далекую Польшу.
Тихий океан! Много дней и ночей шла «Опти» в бескрайнем водном просторе, не встречая ни одного корабля. Но обитатели океана то и дело напоминали о себе. То летучая рыба шлепается на палубу, то стая дельфинов начинает свои фокусы около яхты. Наносили визиты и океанские исполины — киты. Однажды целое китовое семейство оказалось вблизи яхты. Один из них направился прямо к «Опти». Достаточно и легкого удара китового хвоста, чтобы нанести яхте жестокий урон.
Телиге ничего не оставалось делать, как смотреть на приближающегося исполина. Между тем, подойдя к яхте на расстояние десяти — пятнадцати метров, кит внезапно погрузился на глубину, а затем прошел под «Опти» вплотную к ее килю, после чего вновь появился на поверхности. Этот маневр кит повторил несколько раз, а потом внезапно исчез.
Однажды ночью на «Опти» пожаловал осьминог. Его огромные щупальца Телига увидел на корме. Бросился за багром, но осьминог уже соскользнул в воду и скрылся в пучине.
Чтобы переждать сезон жестоких тропических штормов и отремонтировать яхту, Телига под самый новый 1968 год решил зайти на остров Таити. В новогоднюю ночь он был в кругу коллег-яхтсменов, которые в это время года обычно пережидают погоду на Таити. А в Международный женский день 8 Марта Телига смог выполнить приятную миссию, поздравив от имени польского народа советских женщин — научных сотрудников и членов экипажа самого известного корабля науки — «Витязя», который зашел на Таити.
Несколько незабываемых дней Телига провел в обществе советских моряков и ученых.
«Команда «Витязя» существенно пополнила мои продовольственные и питьевые запасы, аптеку и библиотечку книгами с памятными пожеланиями успеха», — рассказывает Телига.
Покинув Таити, польский мореплаватель направился на остров Фиджи, где рассчитывал получить разрешение на заход в австралийский порт Сидней. Надо сказать, что в Австралии его с нетерпением ожидали сотрудники польского консульства, которые должны были вручить отважному мореплавателю присланную из Варшавы медаль «За выдающиеся спортивные достижения». Однако австралийское правительство не выдало Телиге визы. Вместо Сиднея он направляется в Индийский океан через изобилующий подводными мелями и рифами Торресов пролив.
Плавание Телиги через Торресов пролив напоминало стремительный спуск лыжника-слаломиста, лавирующего среди лабиринта рифов и коралловых островков. Вдобавок еще беспрестанно обрушивались шквалы с обильными ливнями.
Когда коварный пролив остался позади и «Опти» прошла между двух красных буев, за которыми открывалось широкое Арафурское море, он почувствовал такую усталость от постоянного недосыпания и нервного напряжения, что свалился и тут же на палубе заснул мертвым сном. Его разбудила штормовая волна, накрывшая яхту. Наверное, уже не один час шла «Опти» в штормовой полосе, соскальзывая с гороподобных волн и вновь взлетая на их пенистые вершины. Телига вскочил и быстро зарифил все паруса. «Опти» была готова к бою со стихией. Шторм свирепствовал на протяжении тридцати часов, и, когда он затих и на смену ему пришел попутный ветер, мореход облегченно вздохнул, но ненадолго — опять налетел шквал. И опять наступила пора испытаний. К тому же через стыки надстройки стала проникать вода.
Так, борясь со стихией, «Опти» упрямо продвигалась на запад. Вообще, плавание в Индийском океане, начиная с Торресова пролива, оказалось куда менее приятным, чем в Тихом.
Приближаясь к берегам Южной Африки, польский моряк встретил в Индийском океане корабль. Им оказался советский танкер «Ленкорань». Огромный танкер и маленькая яхта сблизились. Узнав, что яхтсмен ни в чем не нуждается, советские моряки, пожелав ему счастливого плавания, легли на прежний курс.
«Какие прекрасные впечатления я вынес из встреч с советскими моряками. Только они, да еще и английские суда, меняли курс при виде моей яхты и бородатого человека на ее борту», — рассказывает Леонид Телига.
