Спустя полчаса, выложив содержимое вещмешка на стол и прихватив его с собой, Дим входил на базар, по южному шумный и многоголосый. Здесь вперемешку слышалась русская, украинская и молдавская речь, встречались греки, татары, евреи и прочие национальности.
«Прямо Вавилон», – подумал старшина, расхаживая вдоль рядов с видом праздного зеваки.
На базаре было все, что требовалось непритязательному покупателю, за исключением продуктов. Их было явно недостаточно, а цены зашкаливали. Буханка ржаного хлеба стоила от двухсот рублей и выше, кило картофеля – шестьдесят, мясо в пять раз дороже. Имелись и дары моря: знаменитые азовские бычки, кефаль, сушеная тарань и многое другое.
Потолкавшись в толпе, Дим сторговал примус (котелок с миской и ложка у него имелись), пару нового солдатского белья, а еще сменял свою зимнюю шапку на кепку. А потом, сунув все в мешок, ощутил острый приступ голода и зашел в одну из рыночных забегаловок, откуда раздражающе пахло жареной рыбой. Там он заказал порцию барабульки[136] с картошкой, пару соленых огурцов и сто граммов водки.
– Ну, за прибытие, – сказал сам себе, расположившись за стоящим в углу столом, после чего не спеша высосал «московскую».
Подкрепившись, Дим решил сходить в порт, благо тот был недалеко и справиться насчет работы. На постоянную он не претендовал, но нужно было как-то существовать дальше.
Порт работал на полную катушку. У причалов под разгрузкой стояли несколько сухогрузов, на рейд, дымя трубами, входил пароход, два башенных крана, урча моторами, ворочали стрелами.
Оглядев штабеля контейнеров и ящиков на берегу, Дим приметил у крайнего перекуривающую бригаду грузчиков и направился к ним, с удовольствием вдыхая морской воздух.
– Здорово, мужики, – подойдя ближе, обратился он к сидящим на тюках.
В ответ кто-то пробасил:
– И тебе не кашлять.
– Вам в бригаду грузчики не нужны? – спросил Дим, после чего двое из пятерки переглянулись.
– Нужны, – перебросив папироску из одного угла рта в другой, сказал пожилой кряжистый дядя, по виду старший. – Но если пройдешь испытание.
– Понял – согласился Дим. – Давай попробую.
– В каждом из них, – кивнул дядя на высящийся рядом штабель мешков, – шестьдесят кило соли. Донесешь вон до того контейнера, – ткнул пальцем в металлическую клетку метрах в ста, – тогда посмотрим.
– Хорошо, – согласился Дим, после чего снял с плеча сидор, поставил его на причал и подошел к штабелю.
Затем потянул сверху один мешок на правое плечо, а после второй – на левое.
Развернулся и вразвалку пошагал к контейнеру.
– Однако, – переглянулись грузчики, а кто-то присвистнул.
Через несколько минут чуть порозовевший Дим вернулся, стряхнул с бушлата несколько блестящих крошек и вопросительно уставился на бригадира.
– Ничего, – заплевав окурок, сказал тот. – Подходишь. А теперь, чтоб не тянуть вола за хвост, топай в кадры, они вон в том доме, – показал на двухэтажное здание при выходе в город. – Скажи, что от Маркелова. Пусть оформляют и завтра в шесть на работу.
– Ясно, – сказал Дим после чего, прихватив сидор, направился в нужную сторону.
В кадрах его принял инспектор, при упоминании Маркелова согласно качнул головой и попросил паспорт.
– У меня его пока нет, – пожал плечами старшина. – Оформляю в милиции. Недавно демобилизовался.
– Ну, когда оформишь, тогда и приходи, – блеснул очками кадровик. – Всего хорошего.
Когда Дим возвращался обратно, его окликнул бригадир (все остальные уже таскали мешки) и поинтересовался результатами.
– Крыса канцелярская, – сплюнул он, когда Дим передал суть разговора. – Но ничего, как только получишь, приходи. Место за тобою.
Вернувшись на квартиру, Дим попросил у бабки веник, тряпку и ведро воды, после чего навел порядок в комнате, а потом завалился спать, решив вечером наведаться на железнодорожный вокзал в поисках той же работы.
Здесь ему повезло больше. На грузовых путях он нашел бригаду шабашников, в которой кто-то запил, и был принят в нее без всяких проволочек.
– Оплата у нас по факту, – сказал старший, с мятым лицом мужик. – Выполнили наряд – получили.
Домой Дим вернулся утром, зайдя по пути на рынок, где добавив к полученным рублям еще три сотни, купил несколько кило картошки и связку бычков, которыми решил поделиться с хозяйкой, добавив кое-что из своих запасов.
– Вот устроился на работу и получил аванс, – сказал он, вручая все Одарке. – Берите, пригодится.
– Дякую, – прослезилась та. – Дай бог тоби здоровья, сынку.
«Идет охота на волков, идет охота! На серых хищников – матерых и щенков. Кричат загонщики и лают псы – до рвоты. Кровь на снегу и пятна красные флажков.
Рвусь из сил, из всех сухожилий, но сегодня – не так, как вчера! Обложили меня, обложили, но остались ни с чем егеря…!»
Уже почти месяц Дим жил на новом месте.
