На следующий день, купив на морском вокзале билет на пароход «Николай Островский»», он отправился в Мариуполь, где сдал в скупки все, за исключением червонцев. Образовалась изрядная сумма, часть из которой он тут же решил потратить, поскольку его армейское обмундирование изрядно обветшало.
На шумном мариупольском рынке, задержавшись на день, он сторговал отличный бостоновый костюм цвета кофе с золотистой ниткой, пару рубах, кепку-восьмиклинку и хромовые сапожки «джимми». Хозяйке купил малороссийскую хустку с маками и отрез на платье.
По приезду жильца назад бабка несказанно обрадовалась его возвращению и подаркам, а Дим сообщил ей, что устроился на новую работу и получил аванс. От начальства.
– И шо ж то за робота? – поглаживая накинутый на плечи платок, вопросила Одарка.
– Экспедитором. Ездить в командировки и сопровождать грузы. Так что, если буду иногда отсутствовать день-два, вы не беспокойтесь.
– Добре, – кивнула бабка, после чего угостила Дима только что сваренными варениками с черешней.
После этого работа «экспедитором» продолжилась.
А поскольку в следующих ночных вояжах подлежащих экспроприации больше не попадалось, бывший разведчик решил изменить тактику.
Он стал посещать городской базар с барахолкой, выискивая барыг и спекулянтов. Определить тех не составило большого труда. Если обедневший послевоенный люд продавал последнее и покупал крохи, эти делали все с размахом. У мордастых мужиков, благообразных старичков и разбитных молодиц с бегающими глазами, можно было купить или обменять многое, но только себе в убыток. Немногочисленные стражи порядка к ним не касались и, отворачивая головы, проходили мимо.
Одни из «коммерсантов» были местными, и Дим тут же исключал их из своих планов, а другие приезжими, из ближайших местечек и сел, которых вокруг Бердянска хватало.
В течение лета в поездах местного направления и на пустынных шляхах старшина провел еще несколько успешных операций, а затем пришлось сматываться в просторы Таврии.
Тем вечером, когда он вернулся из кинотеатра на Приморской площади, где шла довоенная комедия «Веселые ребята», хозяйка сообщила, что к ней заходил местный участковый и расспрашивал о постояльце.
– И что вы ему сказали? – внешне безразлично поинтересовался Дим.
– Тилькы тэ, шо ты живэшь у мэнэ и справно сплачуешь за кимнату.
– А он?
– Просыв зайты до нього на участок, колы будэш вдома.
– Обязательно зайду, – сказал Дим. – А пока пойду отдыхать. Доброй ночи.
Когда сквозь облака проглянул серп месяца и хутор уснул, одетый по-дорожному Дим тихо вышел из пристройки и прислушался. В остывающем воздухе скрипели сверчки, со стороны оврага доносило хор лягушек.
– Прощевай, тетка Одарка, – кивнул Дим в сторону темных окошек хаты и, вскинув на плечо вещмешок, пошагал через зады усадьбы к темнеющей на фоне неба посадке.
Спустя сутки он приехал поездом в Херсон, где занялся поиском жилья в пригороде. При наличии дензнаков особого труда это не составляло, и уже к вечеру он снял хибарку на берегу Днепра у одного из местных рыбаков, занимавшегося ловом тарани и леща на своей шаланде в лимане. В этом месте он был необычайно широк и полноводен, имел выход к морю и веселил глаз живописными пейзажами.
После провинциального Бердянска город впечатлял своими размерами и многолюдьем. Он еще носил многочисленные следы войны, но уже активно восстанавливался. Работал порт, заводы и фабрики, из других краев все еще возвращались разбросанные лихолетьем жители.
Обосновавшись на новом месте, Дим тут же занялся изучением объекта своих будущих действий, знакомясь с городом и его окрестностями. Для начала он побывал в порту, на вокзале и местных рынках с барахолками (последних здесь было намного больше), а потом стал знакомиться с ними более детально.
В один из таких дней, когда после полудня Дим возвращался домой, прикупив зелени и продуктов, в старом парке он услышал возбужденные голоса – мужской и женский.
А когда подошел ближе, увидел, как парень, примерно его лет, хлещет ладонью по лицу сидящую на скамейке девушку. Та активно оборонялась, царапаясь и кусаясь, но силы были явно неравные.
Шмякнув бумажный пакет в траву, Дим тут же вмешался и, уцепив наглеца спереди за ворот, а сзади за штаны, перебросил его через скамейку в кусты, где тот с треском приземлился.
Через секунду малый выскочил оттуда с зажатой в кулаке бритвой, хрипя «Попишу, падла!», но в следующий миг его запястье попало в стальной зажим, а голова дернулась от сильнейшего удара.
– Отдохни, – вывернул из безвольной руки бритву Дим, после чего оттолкнул парня, и тот свалился наземь.
– За что он тебя? – обратился к девушке, кивнув на бесчувственное тело.
В ответ та вскочила со скамейки и с криком «Так тебе и надо, козел!» пнула носком туфельки валяющегося хулигана.
– Ну-ну, – успокоил незнакомку Дим. – Зачем столько эмоций?
– Так он же кот, – сказала та непонятное, кривя губы и поправляя разорванное на плече платье.
– Ладно, – взял с травы свой пакет старшина. – Я живу тут рядом. Если хочешь, можешь зайти и привести себя в порядок.
