– Я бы хотел разделить ваше мнение, док, но похоже, что слухи о корабельных домовых не стихают. Кстати, прежде чем собрать вас, я побеседовал со своими людьми. На всех палубах творится одно и то же, но никто из младших по званию не решался докладывать мне о проделках так называемых «домовых», пока я не спрашивал их об этом напрямую. Оно и понятно, разве кому-нибудь захочется прослыть сумасшедшим? Да и сами «домовые» пока приносили им пользу… Но я знаком с ирландскими сказками канонира Келли… и знаете что? На военных судах никогда не было маленького народца. Значит, на «Макартуре» орудуют малыши.
Воцарилась тишина.
– И они бесценны, капитан! – подал голос Хорват.
– Ха! Неужели? – реплика Рода не нуждалась в комментариях. – Так или иначе, но после собрания экипаж стерилизует «Макартур». Синклер, подготовьте к эвакуации ангарную палубу.
– Да, капитан.
– И обязательно откройте все отсеки. Я хочу, чтобы на палубе не осталось
– Но…
– Какая глупость!
– Мои образцы растений погибнут!
– Проклятие, везде хозяйничают военные…
– Он не имеет права!..
– Слушаюсь, капитан!
– Он воображает, что он…
– Молчать! – рев Келли перекрыл общий ропот.
– Капитан, вы будете настолько безжалостны? – спросила Салли.
Он пожал плечами.
– Беглецы сообразительны. А куда мне деваться? И если я буду сидеть сложа руки, то за меня все сделает адмирал. И еще… вы согласны с тем, что малыши – не шпионы?
– Это и обсуждать незачем, – заявил Реннер. – Но, капитан, вам известно о случае с портативным компьютером?
– Нет.
– Крупная мошкита разобрала компьютер мисс Фаулер, а затем снова собрала. И он работает!
– Ага, – лицо Рода стало угрюмым. – Но с компьютером возилась большая мошкита.
– Которая разговаривала с малышами. Именно она заставила их отдать часы мистеру Бери, – добавил Реннер.
– Я поднял экипаж по тревоге, капитан, – доложил Каргилл, застыв у интеркома кают-компании. – Я никому ничего не объяснял, и они решили, что началась учебная тревога.
– Отлично придумано, Джек. Кто-нибудь возражает против уничтожения паразитов? Итак, крупная мошкита является разумным существом, а беглецы – всего лишь животные. Следовательно, на планете мошкитов их полным-полно. Вряд ли мы расстроим нашу мошкиту. Как вы считаете?
– Пожалуй, нет, – пролепетала Салли. – Но…
Род посмотрел на Салли.
– Есть множество причин, чтобы их уничтожить, и я не услышал ни одного довода за их сохранение. И я уже принял решение.
– Что за жестокость, капитан! – возразил Хорват. – Как, по-вашему, что мы защищаем?
– Движитель Олдерсона, а косвенно – нашу Империю. Но главным образом – движитель Олдерсона, – ответил Каргилл. – И не спрашивайте, почему я считаю, что Империя нуждается в защите от мошкитов. Что-то я им не доверяю…
– Движитель?.. Да они уже получили его! – воскликнул Реннер и, когда присутствующие в кают-компании повернулись к нему, криво улыбнулся.
– Что?! – выкрикнул Род. – Как?
– На борту «Макартура» расплодились изменники! – рявкнул Синклер. – Я хочу знать имена подонков!
– Держи-хватай! Прекратите, Синклер! – потребовал Реннер. – У них есть движитель, капитан. Даю вам голову на отсечение. Все зафиксировано, можете посмотреть.
Он встал, направился к большому монитору и принялся нажимать кнопки на панели. В конце концов, Реннер нашел изображение, которое искал, и начал говорить.
– Как приятно быть в центре внимания, – произнес Реннер, словно бы не замечая яростного взгляда Рода. – Вот запись беседы между моей мошкитой и мной. Еще минуту… – он коснулся переключателя, и картинка ожила: Реннер с чашкой кофе на мостике «Макартура» и его финч’клик – в посольском корабле мошкитов.
Реннер прокручивал запись несколько секунд, после чего замедлил скорость воспроизведения.
– Вы могли явиться откуда угодно, – вымолвила мошкита Реннера. – Но наиболее вероятно, что вы прилетели с ближайшей звезды… впрочем, я могу показать ее.
За спиной мошкиты загорелся экран, по которому побежали карты звездного неба. Мошкита повернулась всем телом, вытянула верхнюю правую руку и ткнула пальцем в яркую точку – солнце Новой Каледонии.
– Вы мгновенно перемещаетесь в пространстве.
Реннер на большом мониторе шагнул вперед.
– Так откуда же мы прибыли?
– Вы… – мошкита замолчала и вроде бы погрузилась в раздумья. – Реннер, я поведаю вам об одном легендарном существе…
– Я вас слушаю, – произнес Реннер, прихлебывая кофе.
– Если позволите, я буду называть его Безумным Эдди. Иногда он похож на меня, а иногда ведет себя, как… вы бы сказали, как Коричневый или ученый-идиот. И он всегда поступает дурно, руководствуясь высшими целями. Он делает одно и то же – снова и снова, пока не разразится катастрофа… и он не хочет ничего понимать.
В кают-компании зашептались, а Реннер на экране спросил:
– Например?
