А почему бы и нет? Нам обоим будет спокойнее.
Рядовой задумался.
– Хорошо.
Бери нашел своего приятеля в дурном расположении духа.
– Собираю то, что погибнет или разрушится в вакууме, – проворчал Бакман. – Это в особенности касается дорогостоящего оборудования. Никаких объяснений, просто делай – и все.
Бакман продолжал упаковывать приборы. Вдоль стен выстроились ряды ящиков и пластиковые пакеты, набитые образцами.
Тревога Бери прорвалась наружу. Бессмысленные приказы, охрана… он опять почувствовал себя пленником. Глядя на Бери, растерял спокойствие и Бакман. В конце концов астрофизик плюхнулся на стул и налил себе чашку кофе.
– Выглядите вы не лучшим образом, – произнес он. – Много дел?
– На корабле мне практически нечего делать, – Бери говорил спокойно, что, однако, требовало от него полнейшего самоконтроля. – Вы что, готовитесь к вылазке в открытый космос?
– Ха! Мне велели, я делаю. Пытался связаться с капитаном, но он на собрании в кают-компании. Хотел пожаловаться Хорвату, но и он тоже там! Если их нет на месте, когда они нужны, зачем они вообще нужны?!
Из коридора донесся шум: вроде бы тащили что-то тяжелое. Что творится на «Макартуре»? Впрочем, иногда экипаж корабля эвакуировали, чтобы избавиться от крыс…
– А вы разобрались с троянскими точками? – спросил он у Бакмана.
Тот вытаращил глаза и рассмеялся.
– Бери, я не думал о точках целый месяц! Мы изучали Угольный Мешок.
– Да?
– Мы обнаружили в нем некую массу… возможно, протозвезду. И источник инфракрасного излучения. Узоры сечения в Угольном Мешке фантастичны. Как если бы газ и пыль были вязкими… разумеется, причина – магнитные поля. Мы получили удивительные данные о динамике пылевого облака. Когда я думаю о времени, потраченном на астероиды троянских точек… до чего тривиальная проблема!
– Продолжайте, Бакман. Не оставляйте меня в неведении.
– Давайте покажу, – Бакман подошел к интеркому и набрал комбинацию цифр.
Ничего не произошло.
– Вот те раз! Какой-то идиот установил ограничение! – Бакман зажмурился, вспоминая другую комбинацию.
Она сработала – и на экране появились фотографии.
– Глядите!
Астероиды носились по экрану, снимки расплывались и дергались. Некоторые объекты были перекошены, некоторые почти сферические, и все испещрены кратерами.
– Прошу прощения за качество. Ближайшие троянцы довольно далеко… к тому же нам бы не помешала тонкая наводка телескопов «Макартура». Вы поняли, что мы обнаружили?
– Не совсем. Хотя… кратеры, не так ли?
Бери уставился на изображение. Ряд из трех астероидов продолговатой формы – с черными глубокими кратерами. Один астероид смахивал на огромный орех кешью с выбоиной посередине.
Итак, у каждого астероида имелся кратер, причем линия, проходящая через его центр, проходила и через центр тяжести каменной громадины.
Бери почувствовал испуг, но, не подавая виду, рассмеялся.
– Вы обнаружили искусственные астероиды и потеряли интерес к троянским точкам.
– Да! Когда я вспоминаю, что надеялся открыть новые количественные законы… – Бакман пожал плечами и отхлебнул кофе.
– Полагаю, вы никому об этом не говорили?
– Я побеседовал с доктором Хорватом. Как вы думаете, он ограничил доступ?
– Вероятно. Бакман, сколько, по-вашему, потребуется энергии, чтобы сдвинуть с места такую глыбу?
– Много! Фактически… – Глаза ученого вспыхнули. – Вот так проблема! Я сообщу вам после того, как закончится свистопляска на корабле. – И Бакман вновь принялся собирать оборудование.
Бери сел и начал сверлить взглядом стену. Его руки тряслись.
– Я ценю вашу заботу о безопасности Империи, адмирал, – произнес Хорват, посмотрев на экран, где появилось изображение Кутузова. – Поверьте мне! Но ситуация такова: либо мы принимаем предложение мошкитов, либо возвращаемся домой. Выбирать не приходится.
– А вы, Блейн? Вы согласны? – Выражение лица адмирала Кутузова не изменилось.
– Сэр, я прислушиваюсь к мнению ученых, а они утверждают, что на данный момент мы смогли узнать максимум информации о чужаках. Если мы хотим продолжить контакт, нам надо двигаться дальше в прямом смысле слова.
– Значит, вы намереваетесь стремглав полететь на орбиту планеты Мошка? Верно, Блейн? И мы должны это внести в протокол?
– Да, сэр. Или же мы возвращаемся обратно, но я не думаю, что такое решение будет правильным.
Кутузов вздохнул и сжал губы.
– Адмирал, – напомнил Хорват, – у вас много забот на борту, да и у меня тоже куча проблем. Конечно, защита Империи от воображаемой угрозы со стороны мошкитов не может не вызывать уважения, но мне нельзя останавливаться на достигнутом. Я должен выдоить все возможное из их науки и технологий. А они вовсе не тривиальны. Мошкиты так далеко продвинулись в некоторых вопросах, что постоянно ставят меня в тупик.
