Через некоторое время до комнаты, где я сидел перед телевизором, докатилась волна необыкновенного аромата. Я знал, что жена вкусно готовит, не сомневался, что и сейчас у нее все прекрасно получится. Вопрос состоял в том, как удержаться мне, чтобы я не смог сам себе сказать: «Я ел крысу».
Но ароматы все наплывали и наплывали… «А ты ничего себе и не говори», – не в силах терпеть, отринул я внутреннее табу и вышел на кухню.
– Нутрия по-сталински! – объявила жена, выставляя утятницу из духовки. – Может, все-таки поешь?
– Ладно. Накладывай. Только давай будем считать, что это кролик…
Потом я еще и холодной водочки выпил…
И хотя нутрий мы больше не покупали, обиды на ту продавщицу из Владимирской области не держу. Да и не стало нутрий на рынках. Пришло время кроличьего изобилия.
И автомобильного тоже. Из-за нескончаемых пробок на нашем шоссе мы решили однажды с женой поехать на дачу новым маршрутом – в объезд. И не прогадали.
Потолкавшись, как водиться, на выезде из города и немного еще потом, мы свернули в сторону, на узкую шоссейную дорогу, бежавшую по стыку поля и леса. Так ехали мы довольно долго, почти в одиночестве – между светом и тенью. Казалось, они боролись друг с другом, но свет побеждал нечасто – когда лес расступался просекой или лужайкой. Вдруг стена деревьев оборвалась, и мы оказались на солнечном просторе. Я притормозил, а потом и вовсе остановился на обочине.
Перед нами волнами холмов и теплом, слоившимся от земли, дышала русская равнина. Величественный покой простирался до самого горизонта, и, как яркий мазок на полотне, притягивала глаз белая церковка.
– Воздушные места!.. – только и сказала жена. А я вообще молчал.
Мы поехали дальше, и, меняясь, «побежал» пейзаж. Он чудесно дописывался то лугом, желтым от одуванчиков, то березовой рощей, то застывшим посреди поля озером. Наш привычный путь был, конечно, короче, но только в том и состояло его преимущество.
– И почему мы раньше здесь не ездили? – удивлялась жена.
А между тем, объездной маршрут заканчивался. До пересечения с шоссе оставалось совсем немного, когда мы увидели указатели в сторону леса. На одном было написано «CHT «Меркурий», а на другом – «Кроличья ферма. Все дешево».
Я взглянул на жену.
– Конечно, – улыбнулась она. – Давай заедем.
Мы свернули на грунтовую дорогу. Над нами сошлись верхушки сосен, и в открытые окна хлынула ароматная свежесть леса. Неожиданно пробудилась зависть к садоводам из «Меркурия»: подъезд к нашим дачам лежал через рынок и сараи местных жителей.
Вот впереди пролился свет, лес начал размыкаться, открывая взору дачный поселок и сияющее небо над ним. Сразу же справа от дороги находилась кроличья ферма – в виде добротного сруба и участка за ним, огороженных забором из штакетника. Первым нас встретил огромный черно-белый кот. Хотя слово «встретил» было бы уместно, если б он вышел нам навстречу. Кот же лежал перед калиткой, не поднимая головы, не поводя ушами и вообще никак не реагируя на наше появление. Зато на шум подъехавшего автомобиля из дома вышла женщина в белом фартуке – довольно молодая, с добродушным лицом. Остановившись перед котом, она улыбнулась:
– Меркурий, ты бы хоть подвинулся!
Кот, не открывая глаз, отполз чуть в сторону.
– Так это в его честь садовое товарищество называется? – пошутил я.
Женщина снова улыбнулась:
– Ага… Только наоборот… Вы к нам на ферму?
– К вам. Хотим кролика купить.
– Живого или для еды?
– Ну да, к столу.
– Я как раз тушку освежевала. А то, думаете, чего Меркурия так сморило?.. Цена-то устраивает? – кивнула она на табличку, прибитую к калитке.
– Устраивает.
– Ну тогда, хозяйка, пойдем в дом. Там у меня весы.
Оставшись один, я осмотрелся. Дома в поселке были деревянные, под шиферными крышами. Очевидно, в советскую эпоху они смотрелись вполне респектабельно, однако теперь, на фоне дворцов – особняков, – как воплощение благородной бедности. Правда, ни одного каменного замка почему-то не попалось мне на глаза: обычно пара-тройка таких «вставных зубов» обязательно торчит в старых застройках. А, в общем, вокруг привычно текла дачная жизнь – слышались крики детей, звуки радио, лай и потявкивание собак, где-то вдали надрывалась бензопила. Две девчушки в купальниках и с надувным матрацем перебежали улицу. «У них тут еще и водоём рядом», – опять позавидовал я местным дачникам (до нашего озера было три километра). «А вот и любопытствующий взгляд из-за забора, – заметил я изучавшего меня мужчину, – все как везде…»
Мужчина смотрел насуплено, неотрывно – мне всегда хочется как бы стряхнуть с себя такой взгляд. Но это невозможно, и я начинаю улыбаться смотрящему. Действует, обычно, безотказно. Однако сегодняшний тип на уловку не поддался. Это был поджарый мужчина с какими-то заостренными чертами лица и темными, словно без дна, глазами. Они вроде бы и глядели на меня, но в то же время как бы ничего и не видели: «Прямо вурдалак какой-то», – подумал я и улыбнулся еще шире.
– Хорошая сегодня погода! – прокричал я ему.
