Раскопки Института археологии выявили в нижних горизонтах также жилые и хозяйственные сооружения более раннего времени - четыре сруба, водосток и плетень, относящиеся к XV веку. Находки в этом слое рассказали о ремеслах и подсобных занятиях горожан - обнаружены сапожное шило и деревянная колода для наковальни, обломок ювелирных весов и другие разнообразные предметы, а хозяйственные ямы заполняли зола, уголь, отходы косторезного производства. В материке были прослежены и совершенно пустые ямы - глубокие, прямоугольные, со ступенчатыми стенками. Откуда они взялись? Ключ к разгадке таился,в самом первоначальном названии этой местности - древнего урочища Глинищи; в топонимии средневековой Москвы известно три таких урочища - два в Белом городе и храм Никиты-воина, что на Глинищах, на территории Китай-города, т. е. на участке исследований. Глинищами древние мастера называли места разработок гончарных глин, и потому чрезвычайный интерес представило обнаружение на дне одной из пустых ям деревянных клиньев, употреблявшихся для выборки глин. Исследователь московской керамики Р. Розенфельдт и прежде связывал первоначальную историю местности с развитием гончарного производства; предположения ученого подтвердили раскопки.
В конце XV века, с ростом политического значения Москвы, на Великом посаде, близком к великокняжескому Кремлю, появляются усадьбы родовитой знати, крупные феодальные дворы. Об этом также можно судить и по другим комплексам большой научной значимости, открытым в недрах Ипатьевского переулка.
Оружие в тайниках
Невдалеке от участка археологических исследований, проводившихся в наши дни, чуть ближе к древней Варварке, в конце XIX века были случайно сделаны уникальные оружейные находки. При земляных работах для прокладки канализационных труб на глубине около 3,5 м землекопы достали со дна траншеи пять шлемов - с высокой тульей и длинным шпилем, пять кольчуг, одиннадцать боевых граненых копий, охотничью широкую рогатину и богато орнаментированную чашу; а весь этот комплекс датировали серебряные копейки Ивана IV доцарской чеканки, т. е. вплоть до 1547 г. Все эти дорогие по тем временам предметы (стоимость лишь одного шлема составляла 1 рубль) были упрятаны в подклете, не иначе как в тайнике, а затем их завалило при большом пожаре, судя по монетам, летом 1547 г. Гигантским пламенем был тогда объят центр города. Пылали и Кремль, откуда Иван IV бежал в село Воробьеве, и Китай-город. Тогда взорвались пороховые склады, погорели царский двор с царской казной, оружие, хранившееся в Оружейной палате. Сгорело 25 тысяч домов, 250 церквей. Пожар сопровождался множеством человеческих жертв. По свидетельству летописи, в огне погибло 2700 человек, сам митрополит едва не задохнулся в дыму. Нет, не успел владелец спасти ценности; некому, очевидно, было достать их и после пожара. Спустя три с половиной столетия находки Ипатьевского клада вошли в экспозицию Исторического музея.
Минуло еще три четверти века, и.в недрах того же Ипатьевского переулка вновь были обнаружены многочисленные вещи XVI века, также связанные с извечным бедствием древней Москвы - пожаром.
…Поздней осенней ночью 1969 г. при свете прожектора проходчики Подземстроя углубляли коллектор. Неожиданно под мощным слоем золы и угля на глубине 3,5 м - на том же уровне, что в XIX веке, - рабочие наткнулись на небольшой, метровой высоты бочонок, по-видимому, когда-то вкопанный в землю в подклете дома, а затем заваленный и погребенный при пожаре.
Удивительно, сколько предметов древности, представляющих значительный интерес для историков, содержал маленький бочонок XVI века. И на этот раз недра Ипатьевского переулка отдали ученым разнообразное оружие и воинское снаряжение.
Среди находок оказались железные боевой топор и кавалерийский топорок, длинные за-сапожные ножи, шлемы (как и в первой Ипатьевской находке, они по форме представляли собой плавно вытянутые кверху конусы), стремена с широкой пластинчатой подножкой.
