Собеседник фыркнул и, вспрыгнув Жаворонку на грудь, принялся охотиться на завязки его рубашки.
– Слушай, не наглей! Тоже мне, страшный хищник… – буркнул преступник и, гремя цепью, пересадил зверька на пол. Тот обиженно дернул хвостом и оскалил маленькие, но острые клыки. Ну прямо не котенок, а волк! И окрас подходящий. Ну ладно – Волчонок.
Преступник снова откинулся на спину, в других положениях было неудобно: закованная в цепь рука начинала затекать. Камеру он, насколько мог, обследовал утром, обстановку в коридоре приметил еще вчера. Выводы были не лучшими.
Может, воспользовавшись силой, от цепи он бы смог избавиться. Может, даже дверь открыл бы! Но что со всего этого толку, если в обоих концах коридора торчит охрана? Ну даже если повезет ему и одного Рик каким-то чудом ухлопает, второй-то останется! Да и тревогу поднимут…
Жаворонок уныло вздохнул и в очередной раз попытался хоть что-то разглядеть в окне, но ничего, кроме краешка серой стены, не увидел. А жаль… Бесовски хотелось еще раз взглянуть на город.
Вчера, когда вели сюда, он дышать толком не мог от немыслимой мешанины самых разных чувств. Вблизи здесь все было не так, как он ждал, все неправильно. Вывернуто, исковеркано… И дело даже не в черно-серебряных тряпках, развешанных где ни попадя, не в исчезнувших статуях, которые когда-то украшали главную улицу, – он это точно знал.
Люди изменились. Кругом – усталые, затравленные взгляды, устремленные себе под ноги. Они не были такими раньше, честное слово, не были! А теперь стали. И от этого ныло и скребло где-то в районе левого подреберья. Казалось бы, ну какое Жаворонку дело до всего этого, ему жить-то осталось меньше недели! А вот поди ж ты.
И несмотря ни на что, Рику мучительно хотелось снова увидеть Эверру. Пусть изменившуюся, пусть искалеченную… Он любил ее даже такой. Вот же, бесову бабушку, действительно любил!
И древесным жучком точила душу предательская мысль, которую Рик старательно от себя отгонял, – бесполезная, запоздалая. Мысль о том, что явись к нему теперь посланник Ордена, кто знает, возможно, ответ Жаворонка был бы другим.
У двери завозился Волчонок: зверек старательно пытался просунуть морду в щель, но, ясное дело, не преуспевал.
– А, тебе тут тоже не нравится?.. – понимающе вздохнул осужденный.
Тот пискнул и принялся скрести обитые металлом доски крошечными коготками.
– Эй, там! – крикнул Жаворонок, надеясь, что охрана его услышит. – Зверя выпустите! Жалко, что ли?!
Видимо, им было жалко, потому что результата призыв не возымел. Рик подождал пару минут и повторил попытку.
– Вот уроды! Да откройте вы эту демонову дверь!
Рик различил приглушенные голоса, потом приближающиеся шаги. Кто-то шарахнул в дверь кулаком, и Волчонок отпрянул, поджав уши и выгнув спину. Вернулся к тюфяку, продолжая настороженно коситься в сторону выхода.
– Замолкни! – последовала не слишком вежливая просьба из-за закрытой двери.
– Эй, что там у вас за шум? – еще один голос – веселый, неспешный. – Чего он там бузит?
– Здравствуйте, господин Арвин! Да пес его знает, выпустить требует.
Ого, это сюда их командир лично пожаловал? Ну надо же! Рик немало занятных баек слышал о бывшем придворном плотнике.
– Выпустить? – восхитились в коридоре. – Какие скромные преступники пошли!.. Дай, гляну, что ли…
Заскрипел проржавевший замок, и в камеру шагнул невзрачный мужичок неопределенного возраста – ему могло быть и тридцать, и тридцать пять, а то и все сорок лет. Светлые глаза чуть навыкате, острый нос и наметившаяся плешь – видать, от шлема. Поверх куртки из алого сукна блестела эмблема эверранской стражи, в отличие от остальных таких же – не медная, а позолоченная.
Да, не таким Рик его представлял… Командир эверрской стражи был знаменит на всю северную часть страны и держал в страхе разбойничьи шайки на сотню аттов окрест столицы. Говорят, свой пост он получил за какие-то подвиги во время службы в ополчении. Наверно, Жаворонок ожидал увидеть кого-то вроде Нейда – чтобы и осанка, и мускулы… А этот больше напоминал не стражника, а средней руки разбойника, которому в последнее время везло – и внешностью, и манерой держаться. Того и гляди кошелек потребует! Нет, оно понятно, что разница между ворьем и стражей в новом Эверране – понятие довольно условное… Но обычно последние стараются отличаться от преступников хотя бы внешне, так что от такого соответствия формы и содержания Рик даже растерялся.
Стражник смерил его цепким взглядом и подошел ближе. Пришлось сесть: смотреть на вошедшего, лежа на спине, было неудобно. Немедленно заныла левая рука, металл заелозил по содранной коже. Потревоженный кот возмущенно фыркнул и перебрался преступнику на колени.
– Говорят, не нравится тебе у нас, наружу просишься? – Арвин широко ухмыльнулся, демонстрируя неполный комплект желтоватых зубов.
Жаворонок хотел было в ответ бросить какую-нибудь колкость, но настроение было ни к бесам, и говорить вообще ни с кем не хотелось. А уж с этим – тем более.
