— Я знала, что это слишком просто, чёрт возьми, — снова насторожившись, она отступила на шаг, боясь услышать, что он скажет. — Если всё плохо, то я не в том месте.
— Не плохо, — заверил он её. — Но ты должна принять решение встретиться с Оливией, полностью осознавая риск.
Заинтригованная, несмотря на свои подозрения, Зои переступила с ноги на ногу, пытаясь уловить намёк в чертах его лица.
— И?
— Это скорее… проблема планирования семьи.
— Планирование семьи? — пораженная, она чуть не рассмеялась. — Хочешь поговорить о детях прямо сейчас, пока я не встретилась с Оливией? Какое это имеет отношение к тому, что ты хотел проинформировать меня о риске?
Он на мгновение замолчал. Её недоумение росло.
— Я всё ещё изучаю эти отношения, — признался он с некоторым отвращением. — Я не знаю, как ещё это сказать, кроме как … Я уже выбрал имя для нашего первого сына.
Зои отступила ещё дальше и отпустила его.
— Ты что, с ума сошёл? Сейчас не только самое неподходящее время для обсуждения этого, но и то, что у меня будет девочка, если у меня когда-нибудь будут дети.
— У инкубов всегда рождаются сыновья.
— У суккубов рождаются девочки.
— Ты Полукровка.
— Я генетически измененная Полукровка. Кто сказал, что у меня не могут родиться девочки? — Зои покачала головой. — Какого хрена мы вообще об этом говорим? Я всё ещё злюсь на тебя за то, что ты трахаешь кого-то другого. Если я дам тебе шанс прикоснуться ко мне снова, и, если я переживу это дерьмо с Оливией и когда-нибудь решу, что пришло время заводить детей в нашем ужасном мире, я смогу научить эту девочку сражаться как Охотница!
— Полагаю, мы узнаем через семь месяцев.
— Чертовски верно… — она нахмурила брови. — Чего?
— Ты беременна, Зои, — мягко сказал он. — Два месяца по расчётам Крисси, с момента нашего обряда.
Невнятные анализы крови и объяснения Крисси вкупе с дикой историей Викки в фургоне перед тем, как их сбили, встали на свои места.
— Ты должна знать, что собираешься встретиться с Оливией лицом к лицу. Если это изменит твоё мнение… — Дэклан замолчал, вглядываясь в её черты. — Я не скажу тебе своего мнения по этому поводу, кроме того, что я доверяю твоему суждению.
Зои уставилась на него. Из всех эмоций, которые она ожидала испытать при таких новостях, она была удивлена, что ни одна из них не была негативной. Мысль о завтрашнем дне, о том времени, когда она не будет спать каждую ночь в новом месте, чтобы её не застукали, о семье…
Сколько раз она мечтала о собственной семье и о том, чтобы быть нормальной? Она пыталась наладить отношения с человеком из-за своего желания жить отдельно от мира Сукубатти. Она определенно никогда не была бы похожа на Оливию, которая растила своих детей в лаборатории и передавала их нескольким приемным родителям, пока они не подросли настолько, что стали достойны её внимания. Нет, Зои научила бы своих дочерей сражаться и отстаивать то, что было правильным, игнорировать глупые правила, из-за которых Полукровка чувствовали себя нежеланными и людьми второго сорта. Когда Викки впервые рассказала ей о своей беременности, она представляла себе более спокойный мир, где дочери всех членов Команды Отверженных тренировались и счастливо жили бок о бок друг с другом.
Её мозг снова заработал, и она моргнула.
— Это всё твоя вина, Дэклан.
— Я почти уверен, что ты тоже была там, — указал он.
Они уставились друг на друга в неловком молчании. Зои не знала, что ещё сказать, она с трудом переваривала свой странный день.
— О чём думаешь? — с тревогой спросил он.
— Это не изменит моего мнения, — отрезала она. — Если уж на то пошло… чёрт возьми, Дэклан! Как я могу привести кого-то в такой гребаный мир? — она покачала головой. — Я не отказываюсь от Команды Отверженных, не собираюсь прекращать охоту на Оливию и определенно не собираюсь прекращать делать то, что правильно. Моя дочь заслуживает лучшего мира, и я построю его для неё.
— Ты восприняла это лучше, чем кто-либо ожидал, — он заметно расслабился. — И она наша дочь, Зои, — поправил он её. — Мы будем растить её — или нашего сына — вместе. Я пока не знаю как, но ты моя родственная душа. В этом мире нет ничего, что могло бы встать между мной и моей семьей.
Зои смотрела на него, тронутая его тихой свирепостью и решимостью. Чувство, которое она испытывала до того, как их мир рухнул в тартарары, что у неё впервые в жизни появился дом, согревало её изнутри. Она хотела доверять ему, верить ему, знать, что в конце этого туннеля есть свет и шанс на мир, где она и её ребенок будут в безопасности.
Но она боялась заглядывать так далеко вперед, когда день и так был слишком напряжённым.
— Знаю, как. Мне нужно устранить Оливию, а тебе нужно избавиться от Камбионов!
— Оливию да. Но проблема Камбионов более сложная.
— Как, Дэклан? — настаивала она. — Ты бы хотел, чтобы наша дочь росла в мире, где существуют эти существа?
Он стиснул зубы.
— Тогда как ты можешь говорить мне, что Оливию нужно устранить, а они могут остаться?
