– Мы туда наконец попали, – вздохнул знакомый следователь. – И владелец сейчас находится на пути сюда. Но обвинение в убийстве этого парня никому не будет предъявлено – в квартире проживают люди, которые по закону не могут нести ответственность за свои действия.
– Но для того чтобы перерезать эту веревку, нужен большой острый нож или большие ножницы! – воскликнула я. Я видела кусок веревки, так и привязанный к поясу парня и откинутый в сторону. – Неужели им дают ножи и ножницы?
– Сумасшедшие очень изобретательны, – заметил следователь. – Иногда диву даешься.
В качестве примера он привел историю своего одноклассника, эмигрировавшего в Англию. Его отравила жена. У жены поехала крыша, она какое-то время находилась в специализированном учреждении, потом он забрал ее домой – начался период ремиссии. И она отправилась то ли к индусам, то ли к пакистанцам, которые проживают в Лондоне в больших количествах, и раздобыла редкий яд, которым и отравила мужа, чтобы не ушел к другой бабе. Обычные анализы не позволили определить, какой именно яд использовался, деньги английских налогоплательщиков на дорогие анализы никто тратить не будет, а родственники отказались. Какая разница, если человека нет? Так что обитатели богадельни на шестом этаже вполне могли заныкать нож или ножницы и ими воспользоваться. Бабка увидела, что перед окном болтается веревка – и обрезала ее.
– Но там же все время закрыты ставни! – заметил Костя.
– Не все время. Комнаты проветривают. Причем именно ночью, как нам пояснили гражданки Узбекистана. Их подопечные засыпают, они ненадолго открывают окна. Да и в этом районе лучше ночью проветривать. Не мне вам это рассказывать. У вас же вроде есть песня про воздух в Петербурге?
– Но ведь за стариками следят?
– Следят. И никто ни разу не выпал. Но… Узбечка вышла в другую комнату – а тут вдруг за окном появился человек, потом веревка. И бабка, мимо окна которой спускался альпинист, решила спасаться от вора. Она так говорит. Она не совсем ку-ку. Или в периоде ремиссии. Там же люди на разных стадиях деменции. Она уверена, что сделала благое дело. И что подумает человек даже без старческого слабоумия при виде кого-то, спускающегося мимо его окна на веревке? Ночью?
Мы с Костей печально усмехнулись. Хотя не каждый человек побежит за ножом или ножницами. Но такие случаи известны и, к сожалению, происходят в разных городах. Например, в Перми наркоман перерезал трос промышленному альпинисту, потому что думал, что за ним следят спецслужбы. Чаще всего это делают бабушки и дедушки, причем не только впавшие в старческий маразм. Они искренне считают, что спасают соседей от воров. Некоторые решают, что за ними пришли из КГБ, но теперь граждан не в черный воронок сажают, а на веревке тащат, или инопланетяне прилетели, в свою галактику хотят забрать или что-то в этом роде. Поэтому, если на фасаде жилого дома работают несколько промышленных альпинистов, обычно выставляют наблюдающего. Да и если один (хотя они сами предпочитают работать в паре), то он тоже просит или представителя управляющей компании (если пригласила она), или кого-то из жильцов квартиры, в которой, например, он устанавливает кондиционер, спуститься вниз и смотреть, не появится ли из какого-то окна рука с ножом.
Следователь пояснил, что, согласно инструкциям, промышленные альпинисты должны использовать три веревки, и используют. Никому не хочется работать без страховки. Хотя теоретически жильцы могут перерезать их все. Но по крайней мере, с тремя больше шансов успеть спуститься – если почувствуешь, как веревку дергают, если увидишь, как одна ослабла или упала.
В данном случае было две, никакой наблюдатель не стоял внизу, а если бы и стоял, ничего не увидел бы – сейчас не белые питерские ночи. И парень мог быть не промышленным альпинистом, а просто альпинистом. Хотя и в горах явно используют дополнительную страховку.
– Будем выяснять, кто это, у промышленных альпинистов, потом у спортсменов, – сказал следователь. – Но, к сожалению, у него самого уже не спросишь, зачем он к вам лез.
– Может, за кладом? – высказала предположение я.
