— Да верно вы думаете!.. НИИ заключил контракт с "Наемниками". Бесалов настоял, чтобы двое опытных бойцов за мной присмотрели.
— Не писай, генерал. — Оскалился Дым. — Сегодня мы на одной стороне. Сёма закончит исследования, вы разыщите своих бойцов, и разойдемся с миром. Раз уж "Долг" не сдюжил с заданием от НИИ, да ещё и лаборантов растерял, в дело вступили профессионалы, вот и всё объяснение.
В лице Вована промелькнула злость:
— Да за кого нас держит этот ваш институт? "Долг" не работает с "Наемниками". Вот так, вслепую нас использовать…
Сёма виновато развёл руками:
— Мне запретили вводить вас в курс дела. Сам Коробейников настоял. С директором не поспоришь.
— А ты знал? — Обратился Викинг к Калашникову. Но тот отрицательно покачал головой.
— Стало быть, Бес тебе не доверяет. — Нахмурился Вик. — Мутит что-то этот Коробейников… Сталкеры скоро побегут от "научников", только пометки засвистят… С такими фортелями. "Кручу-верчу, запутать хочу"…
— Да полно из нас делать вселенское зло, — подал голос Стэн. — Мы — не более, чем наемная сила, а не черти с рогами. И, в отличии от вас, сталкеров, всегда исполняем контракт до конца. Найдём нужные арты, совершим замеры в здешних аномалиях, раскидаем "дротики" с аппаратурой в машинном зале. Если повезёт, Сёма исследует Монолит. Даже ваших ребят отыскать поможем, если время останется… И на этом все. Пока нас объединяют общие задачи, мы на одной стороне. О принципах группировок потом поспорим, после рейда. А сейчас лично я прикрою каждого из вас, в интересах дела. Поэтому, опустите пушки. — Он развернулся к Дыму и отвёл ствол его винтовки в пол. — Ты тоже остынь. Не время и не место — показывать крутизну…
***
Заключив устное перемирие, группа отправилась дальше, с нескрываемым облегчением, покидая мрачные подвалы ЧАЭС. Людей вёл Вик, сверяя маршрут с бумажными картами. Его прикрывали Кося и Вован. Далее следовали Петренко с Ворониным. За ними мрачно плелся Калаш, погруженный в свои мысли. Замыкал группу Шмель, приглядывающий за ребятами Бесалова, которые заметно притихли после склоки. Даже самоуверенный Дым спрятал оружие и примолк, лишь изредка перекидываясь парой слов со Стэном.
Длинная винтовая лестница, ведущая на первый этаж станции, неприятно заскрипела, прогибаясь под тяжестью бронекостюмов Вика и Коси.
Стэн тихо выругался:
— Идём строго по одному. Опоры ржавые. Если не спугнем «фанатиков» шумом, и они не расстреляют нас на месте, то можем и полетать… — Наёмник сделал нелепое движение свободной рукой, имитируя взмах крыла. — В лестнице метров пять, не меньше. Мы в полном обмундировании. Будет очень неприятно — обломаться в самом конце пути, если эта шаткая конструкция рухнет. И громко тоже будет… Чего бы не хотелось. Я уж молчу о том, что "броньки" портить — дюже жалко…
Воронин согласился со Стэном, и первым по лестнице поднялся Вован. Аккуратно приоткрыв люк стволом винтовки, он пристрастно оглядел в щёлку просторный коридор. По стенам висели тусклые светильники и шли какие-то трубы, местами укутанные в защитный кожух. Ветер, гуляющий в коридоре, раскачивал лампы, вызывая ритмичное поскрипывание и принося неприятный запах сырости и затхлого подвала.
— Чисто, — прошептал "долговец". — Прямо какая-то мистика.
— Просто мы в нужное время оказались в нужном месте. — Пожал плечами Дым. — Всё было рассчитано.
Викинг при этом лишь покачал головой. Калашников же вовсе — ощутил себя марионеткой в руках Бесалова, и это ощущение ему совсем не понравилось.
"Почему "партнер" умолчал о важных нюансах рейда? Зачем на самом деле Бесу понадобились наёмники? Чем вызвано это недоверие ко мне?" — Слишком много вопросов, ответ на которые Калашникова не радовал. Скорее всего, он сыграл свою роль, и за сим, "партнёр" решил его кинуть, собрав в одиночку жирные сливки с ЕГО (на минуточку) исследований, за которые Калаш радел всей душой. Злоба, щедро приправленная страхом, под соусом сомнений, закипела в его душе, мгновенно отравив сознание Калашникова.
"Знание ради знаний — кому они нужны? — С абсолютно дикой грустью подумал он. — Миром правят бабки". — Усмехнувшись в ответ своим мыслям, он справился с нахлынувшими эмоциями и ускорил шаг, взобравшись на лестницу.
— Если верить картам, то до машинного зала рукой подать. — Задумчиво пробубнил Петренко, забрав у Викинга бумаги.
— Как-то всё слишком гладко складывается, — недоверчиво прищурился Кося и кинул болт в причудливого вида воронку, мерцающую в проходе. Прозрачный, поблёскивающий в полутьме конус взвихрился и, втянув в себя железный лом, разразился чередой мелодичного перезвона. На глазах у изумлённой группы болтик увлекло по спирали в самое сердце воронки, и многолетние наслоения коррозии, как скорлупа, осыпались с него, не переставая имитировать китайскую "музыку ветра".
