Так они беседовали достаточно долго, и Амелия ни слова не могла разобрать со своего места, да и ветер усилился, унося прочь их голоса. Она выглядела довольной, эта молодая цыганка, чересчур довольной. Её кожа была гораздо светлее, в отличие от остальной цыганской семьи, большие чёрные глаза, ровные белые зубы за обольстительными полными губами… Когда она улыбалась, её лицо словно озарялось светом, и это сложно было не заметить.
Амелия сама не понимала, отчего так пристально наблюдала за нею и Стерлингом. Капитан ничем не выказывал неуважения и стоял перед девицей, сцепив руки за спиной. И всё же он тоже улыбался и постоянно кивал, с чем-то соглашаясь. Странно это было, видеть рядом с мужем чужую женщину, да ещё и настолько красивую. Когда у неё задрожали вдруг руки, Амелия удивилась и тут же себя одёрнула. Нет, что за глупостью было ревновать сейчас! Это было неправильно и странно. И совершенно не к месту.
Но она не могла, как ни старалась, отвести от Стерлинга глаза. Он снова облачился в чёрные одежды Диомара, разве что не скрывал больше своё лицо под шлемом. И каждому, с кем ему доводилось разговаривать, он смотрел прямо в глаза, внимательно, испытующе. Амелия прекрасно помнила этот взгляд. Мурашки бежали по коже каждый раз, как она вспоминала ту ночь, в его каюте, когда он открылся ей и снял шлем. И как он смотрел!
А теперь он смотрел на эту цыганку. И, надо же, пожал ей руку, как мужчине! Как приятелю! Девушка снова засмеялась, даже голову откинула назад, так её это позабавило.
– А она не дурна, что скажете? – услышала Амелия рядом голос Альварадо. – Её, кажется, зовут Махризе. В отличие от своих цыганских сестёр, она привлекательна. И она самая старшая, ей всего двадцать два года! У них нет матери, поэтому она заботится о младших детях и до сих пор не вышла замуж.
Услыхав это, Амелия изо всех сил постаралась скрыть удивление. Старше её на год, а лицо будто у невинной девочки! Механическим жестом ей захотелось пригладить свои волосы, но она быстро очнулась и отвернулась, наконец, в сторону борта. Альварадо всё ещё находился рядом, чему она тоже была удивлена.
– Что и говорить, но капитан наш действительно странный! Будь я на его месте…
– Но вы не на его месте, – сухо прервала Амелия. Взгляд её до сих пор был устремлён на воды океана.
– Верно, сеньора, – сказал испанец на выдохе, и на несколько мгновений неожиданно склонился к её уху. – Но, будь я на месте капитана, поверьте мне… будь вы моей супругой, я бы ни на секунду глаз с вас не спускал!
От него исходил терпкий запах табака и каких-то пряностей, тех, что хранились в трюме. Девушка была настолько поражена его ответом, что поначалу показалось, будто она вовсе ослышалась. И прежде, чем Амелия успела повернуться, Альварадо нахлобучил на голову свою шляпу и широкими шагами покинул палубу, взбежав по трапу наверх. Из-за его слов она ощущала смущение, даже щёки до сих пор горели. Бегло оглядев женщин, занимающихся стиркой, она с облегчением вздохнула: никто ничего не услышал, особенно Магдалена, которая в это время болтала с женой пастора.
«Я просто не так его поняла, вот и всё!» – убеждала Амелия себя. Несмотря на это, она ещё чувствовала странную тревогу в душе и молилась, чтобы не оставаться больше с Альварадо наедине. Благо, в тот день он был занят, и не попадался ей на глаза.
Вечером, когда Джон неожиданно прибежал в кубрик и потянул сестру за собой, чтобы показать ей звёздное небо, Амелия сдалась его уговорам. Девушка накинула на плечи плащ и вместе с братом поднялась на палубу. Они остановились у правого борта, а затем долго наблюдали за звёздами. Впечатляющее и одновременно пугающее зрелище. По сравнению с широким простором океана их галеон казался просто крохой, качающейся на чёрных волнах пучины, которой не было дна. Впервые за время плавания Амелия с содроганием взглянула за борт, на спокойные тёмные воды. Несмотря на безоблачное ночное небо, темнота вокруг «Сан Батиста» была поразительной.
Джон всё без умолку болтал о судовых делах, и как увлекательно было взбираться по реям вместе с лоцманом. Скоро его научат чинить паруса и даже заправлять пушки. Удивлённый взгляд сестры его ничуть не смутил, и тогда она задумалась: а не слишком ли паренёк этим увлекается? Не хватало ещё, чтобы он стал офицером и повторил судьбу своего отца. Однажды она уже потеряла его, и больше не сможет пережить подобное.
Матросы как раз зажгли фонари, и кромешная темнота отступила. Кто-то спустился с мостика, и по звуку шагов Амелия быстро догадалась, кому они принадлежали.
– Мальчик! – прозвучал над палубой голос капитана, и Джон обернулся. – Подойди! Тебя разыскивает Халсторн, ты ему нужен.
