Мелодичные строки подхватили и цыгане, их голоса слились в один быстрый, но скорбный поток. Даже подвыпившая Мегера, уткнувшись подбородком на руку, затянула вместе со своими приятелями:
Она не сразу заметила, что их маленькой рыжей шпионки не оказалось рядом. Мегера тут же вскочила, огляделась. Амелии не было видно в зале. Выбравшись наружу, Мегера с облегчением выдохнула: девчонка стояла у низкого забора недалеко от таверны. Подойдя поближе и грубо развернув её к себе лицом, женщина нахмурилась. Девчонка заливалась слезами.
– Я глаза прикрыть не успела, а ты уже рыдаешь! И чья же бессовестная лапа посмела шлёпнуть твой зад в этот раз?
Амелия молчала, утирая слёзы. Всхлипнув ещё несколько раз, она обернулась к таверне, откуда доносились пьяные голоса и фальшивое пение, и накинула на голову капюшон. Именно в тот момент пиратку словно осенило. Будто её с головы до ног окатило ведром ледяной воды, она даже протрезвела. Поначалу она рассмеялась, но затем взяла себя в руки, заметив, как нахмурилась девушка.
– Так вот, в чём всё дело! Расчувствовалась, несчастная пташка. Ну брось, прости меня! Как ты можешь судить, я не слишком хороша для утешений. Порой мне кажется, словно я вовсе не способна к жалости, – и она игриво потрепала Амелию по плечу. – Кто же знал, кто же знал!
– Что знал?
– Что ты из МакДональдов, принцесса! Тише, тише! Я никому не скажу, даю слово! – ухмыльнулась Мегера. – Надо же, я поверить не могу! Так твой папаша – тот самый Джон МакДональд?
Опустив глаза к земле, Амелия кивнула.
– Господь Всемогущий! А ты оказалась редким драгоценным камушком, пташка. Поэтому ты так расстроилась из-за этой глупой песни? Не нужно лить слёзы, уж поверь мне. Только не по тем, кто умер. «Плачь о тех, кто ещё жив!» Так, кажется, мой отец любил говаривать… Насколько я помню.
– Большинство из клана были убиты тринадцать лет назад. В том числе и отец, и мама… и мой младший братик, Джон… Он ведь только родился, а его зарезали на руках матери! Знаешь, Мегера, я правда ненавижу Уильяма Августа.
Пиратка смерила её долгим строгим взглядом, затем просто вздохнула.
– Среди моих пустоголовых приятелей нет благородных людей, тем более когото из горных кланов. Время сильных и милосердных вождей из Хайленд прошло, Амелия, пора бы уже это признать. Твоя ненависть не вернёт тебе семью, но она придаст тебе сил. Если хочешь ненавидеть короля и его сынка, что ж, пусть так! Надеюсь эта ненависть поможет тебе в дальнейшем не упасть с очередной скалы.
Судя по благодарному выражению на лице девушки, слова Мегеры её слегка утешили.
– Только не смей обниматься, поняла? – хмыкнула пиратка. – Ладно, пташка, время позднее. Пора бы тебе возвратиться в своё уютное гнёздышко, пока свирепый супруг не проснулся. Я провожу тебя до церкви на улице дубильщиков. Подожди здесь, я только предупрежу своих приятелей.
Когда Мегера ушла, скрывшись в таверне, Амелия отошла от забора и приблизилась к одинокому фонарю, освещавшему ближайший переулок. Рядом послышались неторопливые шаркающие шаги, и девушка обернулась к полутьме. Из переулка вышел, держась рукой о каменную стену, де Бревай и остановился поблизости.
– Всё щебечете, маленькая леди. Как же красиво вы щебечете! Теперь я вижу, почему они вас так называют, – произнёс от недовольным тоном, нагнувшись вперёд и дыша винными парами. – Пташка! Далеко ли ты улетишь, «пташка», если понадобится?
– Вечер был насыщенный, мсье Паук, думаю, мне пора домой…
– Вот как! Уже уходите, мадам? Как хорошо, что у вас есть дом! Место, куда можно упорхнуть, в случае чего. Когда ты поплывёшь с нами, тебе больше негде будет скрыться.
Амелия не желала выслушивать его пьяную речь, к тому же этот здоровяк уже оказался непозволительно близко к ней, и если Мегера не появится вовремя, может случиться всё, что угодно.
– Не гляди на дверь с такой мольбой, красавица! – рявкнул де Бревай. – У старика Скрипа в очередной раз прихватило сердце, так что твоя подружка задержится там ненадолго, приводя его в чувства. А я пока составлю тебе компанию.
Куда бежать, если он бросится на неё? Амелия скосила глаза в сторону. Улица пустая и тёмная, но он скоро догонит её, даже несмотря на то, что пьян. Ну где же Мегера? С ужасом взглянув де Бреваю в глаза, Амелия поняла, что он догадался о её мыслях. Он уже был похож на зверя, приготовившегося к прыжку, и долго ждать не пришлось. Метнувшись влево, Амелия успела сделать лишь пару шагов, когда сильная рука схватила её за запястье и потянула назад, в переулок. Крик застыл в горле, широкая мозолистая ладонь закрыла девушке рот, и де Бревай, прижимая её к своему телу, горячо зашептал в самое ухо:
