Музыканты в зеркале медицины полностью

Как пианист Сметана обладал, по-видимому, выдающимися качествами, хотя и не достиг акробатического мастерства Тальберга, Калькбреннера или Листа. Его дочь Софи позднее писала: «Конечно, верно, что он по силе своей игры не мог конкурировать с другими великими музыкантами, однако манера его исполнения и техника были совершенны и уникальны. Такого Шопена, как у отца, я не слышала больше ни у кого». Шопен для Сметаны был одним из величайших образцов, без мазурок Шопена польки Сметаны никогда не достигли бы такого совершенства. Достаточно вспомнить «Trois Polkas poétiques» («Три поэтические польки») 1855 года, которые, пожалуй, столь ярко и во всех тонкостях модуляций демонстрируют свой виртуозный и нежный шарм, что здесь речь идет уже не столько о танцевальной музыке, сколько о поэзии звуков. Из крупных оркестровых произведений в это время возникла лишь «Триумфальная симфония» ми-мажор, сочиненная в 1853 году по случаю свадьбы императора Франца-Иосифа и баварской принцессы Елизаветы. В трех из четырех частей этой симфонии использована мелодия известной «Императорской песни» Гайдна. Это произведение является единственной классической абсолютной симфонией, написанной Сметаной. Венский двор не принял посвящения этого произведения императору. Впервые эта симфония была исполнена в 1855 году, и здесь Сметана впервые выступил как дирижер.

В скором времени в семье Сметаны появились дети. Большие надежды возлагали родители на старшую дочь Фридерику, по-чешски Бедржишку, которая, казалось, унаследовала необычайный музыкальный талант, проявившийся, по словам родителей, уже в очень раннем детстве: «В три года она пела песни с очень хорошей интонацией и играла гамму до-мажор обеими руками в обоих направлениях. Она узнавала все произведения, которые исполнялись в школе, и знала их авторов», — записал в дневнике отец, исполненный законной гордости. Тем тяжелее были удары судьбы, постигшие семью в середине пятидесятых годов. В течение трех лет умерли три из четырех дочерей: в декабре 1854 года родившаяся второй Габриэла, в сентябре 1855 года старшая Бедржишка, в июне 1856 года родившаяся третьей Катержина. Причиной смерти Бедржишки стала скарлатина, а Катержины — тяжелая дифтерия.

Нам известно, что возбудителем скарлатины является микроорганизм, принадлежащий к группе гемолитических стрептококков. Болезнь проявляется в форме ангины и специфической кожной сыпи, которая проходит с образованием струпьев. Эта болезнь была известна уже в древности, о чем мы узнаем из трудов Галена, однако ее не выделяли из числа других инфекционных болезней. Точное описание скарлатины дал английский врач Сайденхэм в начале XVIII века, назвавший это заболевание, которое он вначале счел безобидным, «багряной лихорадкой» (Scharlach — нем.: багряный, ярко-красный — прим. перев.). Лишь через 15 лет, во время тяжелой эпидемии, Сайденхэм понял, что эта болезнь может протекать почти столь же злокачественно, как чума. Наиболее уязвимы к этому заболеванию дети в возрасте от трех до восьми лет. Если у ребенка болезнь принимает токсическое течение, получившее название «синей скарлатины», которое сопровождается ознобом, рвотой и высокой температурой, то больной через несколько часов теряет сознание и вскоре впадает в смертельное коматозное состояние. Будучи студентом, я мог наблюдать такие случаи в берлинской больнице Шарите в 1940 году. В подобных случаях из-за быстро наступающей сердечной недостаточности сыпь принимает синюшный оттенок. Иногда болезнь в токсической форме принимает иное, не столь молниеносное течение, и летальный исход вследствие сердечной недостаточности наступает лишь спустя несколько дней. В наше время, с открытием пенициллина, скарлатина перестала наводить ужас, так как с помощью этого препарата обычно в течение 24 часов удается удалить стрептококк из полости носа, за счет чего происходит снижение температуры и наступает существенное клиническое улучшение, и через 10 дней пенициллиновую терапию, как правило, можно отменить. В середине XIX века возбудитель скарлатины известен еще не был, и даже в самых тяжелых случаях лечение ограничивалось чисто симптоматическими мероприятиями, которые сводились в основном к холодным обертываниям и ваннам для снижения высокой температуры. Поэтому смертность при эпидемиях скарлатины в те времена была очень высокой, и в многодетных семьях смерть детей от скарлатины была вовсе не редким явлением, что мы видим на примере маленькой Катержи-ны Сметаны.