«Лучше она пропишет мне виртуальную затрещину сейчас, чем утром, предварительно обзвонив все больницы с моргами, приедет медленно и мучительно больно мстить за мою дырявую башку», – прикинул парень.
– Привет, Хеллс!
– Пожар? Конец света? Я тебя убью, Грегсон!
«Назвала по фамилии, плохой знак», – промелькнула запоздалая трезвая мысль в его мозгу.
– Ты спишь, извини, – пытался спасовать парень.
– Уже не сплю, – прорычала я в трубку. – Чего тебе?
– Я, это, ну… дома уже.
– Рада за тебя, – пробурчала я и отключилась.
Бенедикт
Ни в одном глазу было не только у Эндрю. Бенедикт тоже долго мучился бессонницей в эту распрекрасную летнюю ночь. Только причиной ее была не внезапная вспышка трудовой активности, а самые банальнее угрызения совести.
«Мне только что, как мальчишке какому-то, читали морали, – возмущался про себя сер Камбербэтч, помешивая молоко в чае, – и что самое обидное – заслужено. И надо же было этому парню полезть защищать свою подружку. Если бы не он, то я бы уже десятый сон видел.
– Кого ты обманываешь, парень? – ввязался внутренний голос номер два во внутренний монолог/диалог (даже не знаю, что лучше с точки зрения психического здоровья клиента) актера.
– Да никого, собственно, – согласился с оппонентом голос номер один, – и без его помощи понял бы, что вел себя по-свински. А что я мог сделать?
– Ну да, ну да, не мешать же другу. А то вдруг она с восторженным визгом кинется тебе в объятия, наломав потенциальную долгую и счастливую семейную жизнь Шона. Мы же такие неотразимые, что одним своим видом наповал сражаем толпы девиц и покруче. А тут какая-то студенточка, – не унимался язвительный голос. – Попридержи ты свое благородство, не страдал бы самобичеванием и гамлетовскими вопросами.
– Надо будет завтра съездить и попросить прощения.
– Тебе сразу сказать, что…
– Ладно тебе, – перебил себя Бенедикт, – знаю, что не поеду. Да, струшу. Может, цветы?
Выразительное молчание внутреннего голоса номер два красноречивей некуда сообщало, куда он может отправить эти цветы.
– Не бутылку же дешевого пойла ей послать.
– И билет на ипподром*, – усмехнулся язвительный голос, – она оценит».
После того, как Бенедикт и его внутренний голос перебрали несколько десятков возможных вариантов развития сценария, он, наконец, придумал, что делать.
«Надеюсь, этого хватит, чтобы исправить неудачное первое впечатление», – подумал мужчина, уже ворочаясь в кровати.
Внутренний червячок молчал, и на этот раз в молчании не было ничего предосудительного, что означало спокойный крепкий сон до самого утра.
«Если бы не выеживался и танцевал под Franz Ferdinand со всеми, то проблем с засыпанием не было вовсе. Пора прекращать вести себя, как кретин», – было последней вразумительной мыслью мужчины перед тем, как он провалился в сон.
____________________________
* Ипподром и дешевое пойло – что может охарактеризовать стиль жизни Чарльза Буковски лучше?
Комментарий к Mashup: Homecoming
http://vk.com/doyoubelieveinfaeries
Хештэг к главе #MUSuP_Homecoming
========== My Generation ==========
Inspired by: The Who – My Generation
Когда я проснулась, Анна уже отрабатывала второй час на своей каторге. Да уберегут меня всея боги Асгарда и Ванахайма от прискорбной участи преподавать литературу школьникам. Даже английским! Я же, наслаждаясь своим вольным графиком, или максимально приближенным к таковому, включила компьютер и пару минут валялась в кровати, пока он откроет почту. Один из недостатков фрилансинга – это, пожалуй, то, что твой лэптоп просыпается вместе с тобой, если не раньше, и ложится так же. И если сравнить времяпрепровождение нынешних студентов и школьников с моим, то наши часы онлайн немногим отличаются. Хотя нет, мои посиделки в сети многим меньше. Особенно по выходным, когда все новомодные предметы связи служат только для связи с друзьями, дабы выяснить время и место очередной постстуденческой попойки.
В 10.45 я совершила открытие века и так, одним глазом проверяя почту, пошла в ванную. С зубной щеткой во рту отписалась по поводу заказов и прошустрила новости Формулы-1, наметив план-список постов в блог. Далее контрастный душ, ибо открытие второго века так и не совершалось. Без ноута, если что.
Пять минут паники по поводу закончившегося кофе на кухне с перестуком шкафчиков. В итоге чашка противного крепкого чая. А как хорошо начиналось утро почти в 11! Я заедала эту гадость творожком со сметаной и писала соответствующие настроению гадостные тексты, приправленные адекватным ощущением стиля и грамматики. Зазвонил телефон. Увлеченная расписыванием преимуществ сортов роз (откровенно говоря, для меня они все одинаковые, хоть и разноцветные. Но заказчик сказал, что они разные и одна опупеннее другой, значит, так оно и есть), даже не посмотрела на экран и с набитым ртом промямлила:
– Слушаю.
– Хелен, это ты? – раздался неуверенный голос на том конце.
Я судорожно сглотнула, не прожевав:
