Боль вспыхивает внутри. Я не могу дышать. Просто не могу.
– Вы меня спасли, как и обещали!
И только когда он опускает ее на пол, я понимаю, почему со мной все это происходит. Она поворачивается ко мне, устало улыбается. А я… я стою, поймав себя на странной мысли…
Светлые кудрявые волосы. Толстовка, под которой виднеются куски ткани белого платья. Лицо… Единственное отличие – глубокие голубые глаза. Она…
Она выглядит, как я. Маленькая Галатея – та, что «погибла» десять лет назад. Та, которая была счастливой в кругу своей семьи. Та, которая любила жизнь. Та, которая жила. Я помню… Она выглядела так… как
Вены обжигает поток кислоты – будто кровь заменилась на яд, бегущий по всем клеткам моего тела. Я стою, а внутри… внутри меня выбрасывает на пик отчаяния, который ломает под собственным весом. Эмоции стопорятся.
Я смотрю на нее.
Я смотрю на отражение своего прошлого.
– Тея, ты в порядке? – голос Дома прорывается через разгоревшийся хаос, как спасательный трос. Дом держит меня за локоть, и я понимаю: если бы не он, я бы упала. Упала бы на пол, встретившись лицом с плиткой.
– Да… да, все в порядке. Мне просто показалось… – слова срываются с моих губ, как осколки стекла – хрупкие и не совсем настоящие.
Доминик и Хантер переглядываются, задерживаясь взглядами дольше, чем обычно, будто что-то решают без слов. А я… Я не могу отвести взгляда от девочки.
– Áнджел! Куда ты сбежала?! Мы ведь даже не поговорили с тобой нормально, пойдем домой! – голос женщины звучит твердо.
Она подходит ближе, внешне выглядит ухоженно: ее темные волосы заплетены в косу, которая спадает на спину. Белая одежда кажется такой чистой и новой, будто она только что выскочила из примерочной.
Ее взгляд гневно выстреливает в девочку, которая отступает за Хантера так резко, что чуть не спотыкается, но быстро цепляется пальцами за ткань его футболки. На ее лице виднеется детский страх, который сломает любого адекватного взрослого изнутри.
– Миссис Миллер, нам нужно договорить и обсудить все нюансы, прежде чем вы сможете забрать свою дочь, – вмешивается молодой парень с папкой в руках, словно только что сбежал с рабочего места.
Женщина переводит взгляд на парня, но надолго на нем не задерживается. Ей плевать, кажется. Она снова поворачивается к девочке.
– Милая, – ее голос звучит мягче, но едва заметно дрожит, будто она сама не верит в то, что сможет выдержать эту мягкость. – Это же я, твоя мама. Ты меня помнишь, правда? Ну конечно, помнишь. Пойдем. Мы сейчас сядем в машину, и я отвезу тебя домой, к папе… Он тебя так ждал… твоя комната готова. Все будет как раньше, слышишь?
Девочка смотрит на нее настороженно, а потом прячется за Хантера, утыкается лбом в его спину, как будто хочет исчезнуть за ней, стать невидимой.
– Я останусь здесь. Не отдавай меня, охотник, – девочка буквально выдыхает самые короткие слова, но от них у меня в груди будто что-то переворачивается. – Не надо…
– Миссис Миллер… – пытается вклиниться Хантер, но он не успевает. Мои собственные слова вырываются вперед быстрее, чем я успеваю их продумать:
– Áнджел сейчас с вами никуда не пойдет.
Женщина резко оборачивается ко мне. Ее глаза холодеют в одно мгновение, превращая лицо в каменную маску.
– Кто ты вообще такая, чтобы указывать мне, что делать?
– Повторяю: она не пойдет с вами сейчас. Успокойтесь.
– Что ты себе возомнила?! Это моя дочь! Я подавала заявление о ее пропаже три месяца назад! – она переводит взгляд на парня и почти шипит: – Вы наконец ее нашли, так какого черта вы мне ее не отдаете?! Это полный абсурд!
Девочка выглядывает из-за спины Хантера и неожиданно резко всматривается в женщину. Ее голос звучит тихо, хрипло, будто она боится сама себя услышать.
– Ты не любишь меня… ты… предала меня. Ты отдала меня им…
На долю секунды в холле повисает тишина – даже миссис Миллер, кажется, мгновенно теряет нить разговора. Мы переглядываемся с Хантером еще раз, и на его лице я вижу совсем иное выражение.
– Что ты такое говоришь!? Это совсем не так, милая. Я твоя мама, ты понимаешь? Все будет хорошо. Обещаю. Никто впредь не обидит тебя, – женщина садится на колени напротив нее и тянет руки вперед, пытаясь коснуться ее плеча.
Áнджел резко отшатывается назад. Ее лицо бледнеет, а глаза закрываются так, будто она заранее готовится к удару, который не хочет видеть.
– Миссис Миллер, настоятельно рекомендую вам перестать пугать ребенка, – удивительно лояльно говорит Хантер, снова загораживая девочку. – Она явно боится вас. Может, вы дадите ей время, чтобы она пришла в себя, и не будете так настаивать на том, чтобы забрать ее прямо сейчас?
– Вам нужно доказать свое родство с ребенком, миссис Миллер. Сейчас приедет сотрудник полиции, который поможет во всем разобраться. Правила обязывают пройти соответствующую проверку, – спокойно, но строго вмешивается молодой парень.
