— Самого доброго утра тебе, Павел! — девушка написала первой, сопроводив слова смайликом с улыбкой. Павел начал набирать слово «привет», но чертыхнулся и стёр его: «Что написать? Что написать?» Перечитал анкету девушки: «Елена. Менее 1 км от вас. Люблю живопись и кино, море и мохито, интересных людей и интересные места. Не замужем, детей нет. Только серьёзные отношения. Свахи, не пишите! Извращенцы, не шлите фото!» Не очень оригинально, конечно.
— Спасибо, после твоего сообщения оно перестало быть серым.
— Как карантин проводишь?
— Как вся страна, у холодильника. А ты?
— Работаю удалённо. Плюс записалась на онлайн-курс английского. Ещё план по просмотру кино составила, но его не выполняю. Кино надо вдвоём смотреть…
Что-то щёлкнуло в голове Павла, который никогда не был мастером эпистолярного жанра, и переписка полилась. Он писал не короткими фразами, а по три-четыре абзаца в сообщении. Сначала о погоде и просмотренных фильмах, которые она ему рекомендовала. Потом разговоры стали глубже, практически о смысле жизни.
Через неделю Павел предложил созвониться по видеосвязи.
— Ой, я не при параде и в салоне давно не была. Карантин всё-таки, — ответила на это предложение Елена. — Давай дождёмся его окончания.
У Павла на душе заскребли кошки. Собственные ли фотографии выложила девушка в анкете? Переписка продолжилась, но в ней проявился едва уловимый холодок. Проблема решилась самым неожиданным образом: спустя три дня Елена попалась ему на проверке в Соцмониторинге. Шанс на совпадение был один на миллион! Когда Павел увидел её короткое видео, у него перехватило дыхание. Заданием было назвать любимое мужское имя, и она сказала: «Павел». Он пересмотрел короткий ролик все разрешённые пять раз. Девушка без косметики выглядела гораздо проще, чем на фотографиях, которые явно были сделаны на фотосессии, но Павел с этим не согласился бы, ведь он влюбился в неё, как подросток.
«А вдруг и я попадусь ей в Соцмониторинге? — внезапно подумал он. — Шанс ничтожный, но всё же. Сегодня же побреюсь!»
Она так и не согласилась на видеозвонок до конца карантина. Да и сразу после встречаться отказалась. Написала, что получилось записаться к косметологу только на пятое декабря, поэтому и на свидание сможет прийти не раньше шестого. Какая мука! Она в километре от него — так близко, но недосягаема… «Ох уж эти женские штучки! Это желание нравиться! Это самоукрашение! Салоны, пластические операции! — мысленно кипятился Павел. — Неужели неясно, что всё это не важно? Неужели непонятно, что у мужчины любимый размер груди — это размер груди его любимой женщины?»
А четвёртого числа Павлу позвонили в дверь. Он увидел на экране видеодомофона двух человек: крепко сложенного мужчину лет сорока в осеннем пальто и невысокую женщину без возраста в пуховике кислотного цвета.
— Вам кого?
— Нам необходимо лично поговорить с Павлом Городовым. Вы Павел? — спросила женщина неожиданно низким голосом.
— По какому собственно вопросу?
— Вы знакомы с этой женщиной? — вступивший в разговор мужчина поднёс к камере фотографию Лены.
— С ней что-то случилось? — голос Павла заметно дрогнул.
— Пока нет. Так вы нас впустите? — женщина поднесла свой смартфон к чипу у камеры домофона. На экране Павел увидел её удостоверение соцработника.
— Входите, — Павел открыл дверь.
Гости вошли, надели бахилы на свою обувь и по приглашению хозяина проследовали в гостиную, где расселись в кресла вокруг журнального столика.
— Что с Леной? — спросил Павел.
— С Еленой всё в порядке. Мы пришли поговорить о вас, — ответила женщина.
— Я не понимаю. Откуда вы знаете о нашем знакомстве? Я с ней просто переписывался в карантине.
— Не торопите события. Мы сейчас вам всё объясним.
— Так я слушаю!
— Насколько вы знаете, Павел Андреевич, месяц карантин появился менее десяти лет назад. И несмотря на ту колоссальную пользу, которую он приносит для предотвращения инфекционных болезней, мы столкнулись с новыми вызовами.
— Это понятно, — махнул рукой Павел. — Когда целый месяц на работу ходят только доставщики еды, коммунальщики и врачи скорой помощи, экономических проблем не избежать.
— Я не об этом. Я о психологических проблемах. В период карантина стало совершаться колоссальное количество самоубийств.
— Лена пыталась убить себя? — испуганно высказал догадку Павел.
— Нет! А вот вы могли попытаться, — вступил в разговор мужчина. — Искусственный интеллект по анализу контента, который вы просматривали в сети, и ваших разговоров сделал вывод, что вероятность суицида к концу карантина у вас — 94 %.
— А при чём здесь Лена? — всё ещё ничего не понимал Павел.
— Лена спасла вам жизнь, общаясь с вами.
— Я не понял, — Павел сразу поник. — Она что, делала это за деньги? Это такая удалённая работа? Она психолог?
