– Да всякую. Я, правда, сомневаюсь, что ты знаком с современными жанрами и исполнителями – но я, к примеру, также очень люблю и классический рок. Queen, Scorpions, Aerosmith, The Beatles. И многие другие.
– О да… – одобряюще протянул Уильям, расплываясь в улыбке от воспоминаний о своих собственных любимых группах. – Они все незабвенны.
– Это точно, – согласился Дезмонд. Встретившись с отцом глазами, он и сам не сдержал улыбки – ведь это было так здорово, что они наконец-то нашли точку соприкосновения в мелочах, столь нормальных и привычных для любого человека.
Уильям включил магнитолу, и они услышали звуки первого клубного музончика.
– Подобные часто играли в «Непогоде», – сказал Дезмонд, начиная постукивать ногой. («И это музыка?» – донеслось сзади неодобрительное ворчание Хэйтема).
– Тебе нравится? – в свою очередь удивленно спросил Уильям. Он решил немного вслушаться в слова данной песни, но тут же понял, что лучше бы вообще этого не делал – ибо смысла в них не было от слова «совсем», голос исполнителя не вызывал восторга, да и излишне подчеркнутые биты показались его уху агрессивными в том числе.
– Ну, так, не особо. Если хочешь, можешь переключить, – равнодушно махнул рукой сын, и Уильям, недолго думая, сразу же переключил волну.
Вскоре они остановились на новой песне. Она, как объяснил Дезмонд, была хитом этого лета и оказалась вполне красивой: мелодия была более жизнеутверждающей и содержала неплохой текст, который сопровождал весьма приятный женский голос. Желая немного приобщиться к вкусам нынешней молодежи, Уильям решил было оставить эту волну – как тут за его спиной вновь раздалось знакомое ворчание:
– Боже, как это можно слушать? Не музыка, а шум один!
Увы, недовольные ремарки сразу же убили всё удовольствие от прослушивания данной композиции, которая закончилась так же скоро, как и началась, и на смену ей вновь пришла какая-то невзрачная муть.
Однако вскоре, спустя несколько отчаянных щелчков по кнопке, сердце Уильяма внезапно воспело хвалебную оду небу – ибо он наконец-то нашел что-то знакомое, да не просто знакомое, а одну из его любимых песен Майкла Джексона! Атмосфера в машине сразу же оживилась, ибо знакомой она оказалась не только для него, но и для Дезмонда – а потому, когда они переглянулись, на их лицах тут же расцвели улыбки.
Но конечно же, рядом обязательно должен был оказаться еще один человек, который бы пожелал испортить столь прекрасный момент:
– Мать святая, вам что, своих ушей не жаль? Это же кошмар какой-то!
В этот момент Уильям внезапно осознал, что их дорогой пра-пра будет негодовать по поводу любой современной музыки, и всё из-за непривычных электронных звуков, которые он просто был не в состоянии воспринять – да и имя Майкла Джексона, увы, мало что говорило ему. И пусть он очень уважал вкусы Хэйтема, тот должен был понимать, что они не могли постоянно слушать классическую музыку, а потому – черт возьми, совесть ведь тоже нужно было иметь!
– В чем дело? – в беспокойстве спросил Дезмонд, заметив, что отец стал убавлять звук.
– Ничего, у меня просто… голова немного разболелась, – Уильям сделал особый акцент на последнем слове, надеясь, что его намек будет понят – после чего тут же добавил, заметив, что лицо сына стало еще более встревоженным: – Это обычная головная боль, правда. Я, наверно, просто устал немного за день. Думаю, будет лучше, если музыка будет играть потише.
Уильям точно почувствовал взгляд обиженных глаз, прожигавших его сквозь спинку кресла – однако комментариев после этого больше не последовало. А что, не могут же они выполнять все капризы Хэйтема просто потому, что он так сказал, пусть тоже учится идти навстречу другим.
В конце концов, слушая приятную музыку и время от времени заводя разговоры о вещах, почти не касавшихся ордена, отец и сын в сопровождении притихшего призрака – на него в итоге просто перестали обращать внимание, а потому, решив никому не мешать, тот просто вылетел из салона и стал следовать за машиной сверху – вскоре доехали до ближайшего городка и припарковались перед гипермаркетом.
– Здесь и впрямь многое изменилось, – поделился своими впечатлениями Хэйтем, спустившись на землю как раз в тот момент, когда его обида уже прошла, а Уильям покинул машину. – Всё выглядит таким ухоженным и аккуратным, все эти улочки, дороги, большие дома, машины различных форм и цветов – любо-дорого смотреть. Даже не верится, что такие потрясающие вещи теперь доступны не только богачам, но и обычным людям. Человечество и впрямь продвинулось на много шагов вперед в своем развитии.
– Вы ещё не были в Нью-Йорке, – пользуясь тем, что Дезмонд пока был по другую сторону фургона, сказал Уильям, закрывая машину. – Всё настолько изменилось, что вы сами не узнаете этот город – словно бы совсем иное место по сравнению с тем, что было в вашем веке.
– Я верю, – кивнул призрак и двинулся следом за ними к магазину.
