Мотая головой, Уильям вырвался из их рук и отшатнулся на шаг, приложив ладони ко лбу. Крики стихли в голове, видения пропали один за другим, столп света перед глазами рассеялся, туман в голове исчез. И когда он вновь посмотрел на призрака, то понял, что слышит всё, а его зрение снова стало ясным и чистым.
– Если то, что ты сказал насчет кольца, правда, то… тогда это на самом деле может сработать. – Надежда вновь зажглась слабым огоньком в его груди, с каждой секундой всё сильнее распаляясь в пламя. – Если сфера и впрямь способна принять часть и нашей энергии.
– Именно, – качая головой, Хэйтем слабо улыбнулся, вновь кладя руки на его плечи. – Мы можем попробовать. Не дай забрать этот шанс у него – и у тебя. Идем.
Утирая слезы, Уильям лишь покачал головой в ответ – как вдруг их прервал растерянный голос:
– Билл?
Повернув голову, он увидел Шона и Ребекку, которые все еще стояли здесь, растерянно глядя на него.
– Послушайте, – он положил ладони на их плечи, и голос его обрел решимость. – Вам нужно идти вдвоем, без меня. Я останусь и… возможно, смогу что-то изменить.
– Но…
– Я знаю, что делаю. Всегда знал. Я не мог рассказать вам об этом раньше, но то, что происходило со мной всё это время, не было случайностью. – Их глаза расширились в шоке, и он продолжил: – Просто поверьте мне. И не переставайте верить до самого конца. И тогда, возможно, мы увидимся вновь. Вчетвером.
– Хорошо, – немного помедлив, в конце концов кивнул Шон, видя, что от своего он больше отступать не собирался. – Чем бы оно ни было – я верю тебе.
– Тогда мы вернемся, как только все закончится, – добавила Ребекка, также утирая слезы и кивая головой. – Удачи. Вам обоим.
Они развернулись и побежали к выходу – Хэйтем вновь обратился к нему, кладя руку на плечо:
– Идем, Билл. Я буду с вами.
Быстрым шагом они направились обратно к пьедесталу – Дезмонд стоял в середине зала, изумленно глядя на них.
– Пап, что все это значит? – По-видимому, он тоже слышал часть их разговора, и это остановило его руку. – Что ты собираешься делать?
– Я останусь с тобой. – Глаза Дезмонда расширились в шоке, и Уильям, проследив за его взглядом, понял, что его призрачный попутчик наконец-то решил представить себя. Лучшего момента не придумаешь. – А это наш друг, который всегда был с нами. И он тоже поможет нам.
– Почему вы вернулись? – Юнона выглядела непонимающей, переводя взгляд с одного на другого. – Вы же знаете, что время на исходе. Весь мир погибнет из-за вас, вы больше не можете терять ни минуты.
– Да? Как будто тебе есть до него какое-то дело? – Уильям поднял бровь, равнодушно глядя на нее, – и на миг в ее глазах отразился страх. Но этого было более чем достаточно, чтобы понять всё. – Неужели боишься, что мы помешаем твоим планам, змея?
– Как ты смеешь…
– Как я смею? – Его губы разошлись в мрачной усмешке, и он взмахнул рукой, всё так же смотря ей прямо в глаза. – А что, если я сделаю так?
Ладонь рухнула вниз и остановилась в сантиметрах от сферы – точно когда он услышал крик:
– Стой!
– Почему же? Думаешь, моя энергия не подойдет? Тебе ведь она нужна, верно? – В один миг всё стало понятным, как в ясный день. – Все эти видения о конце света, детях, пьедестале – ты показывала это мне, чтобы я думал, что всё для нас предрешено? Чтобы у меня даже мысли не было, что есть какой-то другой выход? Или… – он обернулся на Дезмонда, ошеломленно наблюдавшего за всем, – ты пудрила мозги нам обоим?
Юнона так и стояла, безмолвная, протянув руку к сфере. Так, как будто могла остановить его.
– Говори, Юнона. Сейчас же. – Его голос был тих, но тверд, а рука, застывшая над пьедесталом, лишь слегка подрагивала. Грез больше не было, страха – тоже. Осталась только одна надежда. И его не волновало, увидит он теперь новый день или же нет. – Мы можем уйти, и пусть мир сгорит к черту. Посидишь здесь еще пару тысячелетий в одиночестве, никто о тебе даже не вспомнит.
Она отступила, продолжая смотреть в его глаза взглядом, в котором уже не скрывался трепет. Значит, это и был ее главный страх – остаться здесь одной навсегда? Интересно.
