– Кхм-кхм, молодой господин фон Гирш приятно пахнет, – немного нервно улыбнулся он. – Знаете, у него такая красивая форма рук… и ногти… просто чудесно подстрижены. Я… влюбился с первого взгляда!
Он был действительно отличным актером – совсем скоро на лице киксу проступила гримаса ужаса. Хотя, кажется, Мию происходящее забавляло: она спряталась за плечом брата и пыталась сдержать смех.
Рин же, кажется, чувствовала себя виноватой в том, что сейчас Джек стал для алькратов и бруяров дуфаном.
Все явно вышло из-под контроля.
Джек еще несколько минут разглагольствовал о том, как сильно он «полюбил господина Кровавые Когти», пока Марлин фон Эбель не признала поражение и не отпустила их, отдав все украденное по ее приказу пиво. По итогу путники вернулись в Хундэхайм с победой… если ее можно было считать таковой для самого вампира – теперь все бруяры избегали его.
Конечно, он позже рассказал Сигарду о том, что это была самая наглая ложь в его жизни, и глава Браун, кажется, поверил ему и успокоился. Однако теперь в Хундэхайме поползли слухи, на которые они не смогли повлиять.
Наверняка в Катценштадте было точно так же.
День уже подходил к концу, и Джек одним из последних обитателей поместья Браунов ложился спать. Он вошел в свою комнату, закрыл дверь и тяжело выдохнул.
– Отвратительно.
По-другому он бы не прокомментировал события прошедшего дня.
Мало того что ему пришлось нарушить табу и привести своих подопечных в подземелье, так еще и эта Марлин фон Эбель…
Он знал, что ему стоит избегать киксу и не допустить, чтобы тем стало известно о чистоте его крови. Но кто бы мог подумать, что вся ситуация с пивом была подстроена специально, чтобы выманить их с Вольфгангом?
Как эта мадам вообще узнала о том, что они приехали сюда?
Неужели дело рук Фердинанда? У них, конечно, были своеобразные взаимоотношения, но натравить женщину, голодную до мужчины с чистой кровью…
Внезапно он почувствовал, что что-то не так.
Стоило вспомнить лицо мадам Мулен Руж, и ему начало казаться, что она в его комнате.
Сначала Джек подумал, что у него развилась мания преследования, однако потом понял, что стул, который он прошлым вечером сбил в порыве агонии, теперь стоял как ни в чем не бывало около кровати.
Он нахмурился и уставился на невидимку, что сидела там.
– Марлин, видимо, жизнь тебя ничему не учит.
Раздалось хмыканье, а затем заклинание иллюзий спало, и вампир увидел уже знакомую ему женщину, которая сидела на стуле, одетая в откровенное платье.
– Ну что вы, наставник Чжи, мон шэр, жизнь научила меня упорству. – Она поднялась и встала в вызывающей позе. – К тому же не верится мне, что вы действительно дуфан. В тот момент я была сбита с толку, но сейчас вспомнила, что все вампиры – самые наглые лгуны. Даже мадмуазель Миямото оказалась не так уж и праведна, как о ней говорят.
Услышав это, Джек нахмурился.
– Забери свои слова назад.
– А что? Неужели вы питаете к ней чувства? Вы забываете, что брак между вами станет первым шагом на пути к ее смерти, хи-хи.
Он побледнел, услышав это.
– Ты… Откуда ты знаешь?
– Откуда я знаю один из главных секретов вампиров? Ну неужели вы забыли, что мон шэр фон Липпс – мой кузен?
Он действительно успел забыть, что отцом Марлин был младший брат предыдущего главы труаров, который находился в близких отношениях с королем вампиров.
Джек грозно посмотрел на нее, но киксу, кажется, была только рада этому выражению лица.
– Я не знаю всех секретов, не переживайте. Только тот, из-за которого вампиры еще пятьсот лет назад закрыли свою страну. Все ради одной цели – скрыть то, что вы, подобно нашему виду, имеете представителей только одного пола.
Он заскрипел зубами. Это была одна из двух главных тайн Красты: вампиры рождались только мужчинами. Для продолжения рода им требовались женщины других рас, именно поэтому они похищали так много девушек из Кассандрики.
– И более того, ни одна человеческая или обливийская женщина не может выжить, породив вампира. Она погибнет в любом случае, именно поэтому ваша раса на грани вымирания. Мон шэр, в отличие от мадмуазель Миямото, я не умру в родах. Мне не нужен муж, лишь ребенок, так что, сделав все дела, вы сможете продолжить свое путешествие и вообще забыть о нашей связи. Так почему бы вам не согласиться?
Услышав это, Джек усмехнулся.
– Я слышал разный бред за свою жизнь, но ты, Марлин, превзошла всех. Так уверенно утверждать, что вампиры на грани вымирания, а-ха-ха…
Киксу нахмурилась. Кажется, знала она меньше, чем думала.
Джек повернулся к окну.
– Я, Марлин, никогда не смог бы забыть об этой связи, наоборот, начал бы корить себя за подобную измену. Даже если это правда, что женщины не выживают в родах, мне плевать. Я никогда не мечтал о потомстве, потому что моя кровь – зло, которого я никому не желаю. Уж лучше проживу остаток своих дней с любимой, чем позволю ей умереть, породив подобное мне чудовище.
Затем он снова посмотрел женщине в глаза.
– А вот ты, узнавшая один из секретов Красты, должна быть подвергнута заклинанию стирания памяти.
Она нахмурилась.
