– Я ведь ответил еще тогда. – Джек прижался носом к ее волосам, вдыхая их аромат. – Я говорил их тебе.
– Ты… когда ты стер воспоминания Дэмиана? Он ведь не помнит ни о том, что ты бессмертный, ни о том, что твое имя изначально было Джек, ни о Хистерии.
– В момент его смерти, – ответил он с потухшим взглядом и замер. – Он этого не помнит, но я единственный, кто был с ним, когда он умер.
Поместье семьи Невье находилось на севере Обливиона, в двух днях ходьбы от Шастралта.
На дворе был шестой день второго зимнего месяца[70] 506 года, и жители поместья уже готовили свой дом к трауру.
Легендарный герой, святой рыцарь и Спаситель Дэмиан Невье находился при смерти. Он слег всего за три дня, почувствовав угасание еще в свой день рождения, второго числа. Он в тишине лежал на кровати, прикованный к ней, и смотрел в потолок, вспоминая прошлое. Рядом с ним, на прикроватной тумбе, стояла небольшая и аккуратная курильница, которую некогда ему подарила Амира. Из нее струился дым, обволакивающий его тело и дарящий умиротворение.
Он уже успел попрощаться и дать наставления семье. Теперь ему лишь оставалось вернуть свою душу в потоки мира и стать его частью в новой жизни.
Внезапно дверь в его комнату распахнулась, и обессилевший облив опустил взгляд. Он увидел того, кого не ожидал встретить вновь.
– Д-джек…
Вампир смотрел на него с ужасом, в котором чувствовалось его неверие в происходящее.
– Дэм, старина, тебе еще ведь рано умирать!
Он подскочил к кровати, схватив друга за руку.
– Ха-ха, неужели слухи так быстро дошли до тебя, и ты проделал весь этот путь досюда, чтобы проститься со мной? Я… счастлив, что увидел тебя перед смертью, дружище, – мягко и умиротворенно улыбнулся Дэмиан.
– Тебе ведь всего девяносто, Дэм, – продолжал упрашивать Джакасис, сжимая его руки, – ты еще тридцать лет можешь жить спокойно!
– Нет, Джек… хватит.
Последнее слово прозвучало как приговор, заставив вампира замереть в немом шоке.
– В моей жизни было много счастья, но еще больше осталось сожалений. Мы спасли мир, но скольких потеряли… Ари, Мили, Хистерия… Даже ты, Джек. Все мы были сломаны, потому что хотели жить. Хватит с меня этих мучений. Мне жаль, что я оставляю тебя совсем одного… у тебя ведь не осталось никого, даже мне придется кануть в Лету…
– Дэм, прошу, не говори так. – Вампир опустил голову, пытаясь сдержать слезы. – В нашей жизни было много радости, разве нет? Мы были счастливы…
Но оба понимали, что счастье оказалось не таким, какое бы они хотели. Сейчас у Джека тоже осталось большое сожаление – почти семьдесят лет он избегал встреч с другом, потеряв драгоценное время. И теперь, когда они воссоединились и он надеялся наверстать упущенное, друг умирал у него на глазах.
– Мы все ушли один за другим, причинив друг другу боль и оставив сожаления. Джек, я хочу, чтобы ты был счастлив. Но понимаю, что после моей смерти это будет еще сложнее. И все же… прошу… живи ради нас и наших потомков, прошу, защити наш мир… Скоро я вернусь к тебе, и мы продолжим наше путешествие, прямо как в юности… хорошо?
– Как я могу жить теперь, зная, что вы все умерли с сожалениями?
– Такова жизнь, Джек. Нам с тобой уже по девяносто лет. Довольно долго прожили… ты был моим единственным другом все эти годы. И навсегда им останешься. Просто помни о нас, и тогда мы останемся рядом с тобой…
У него не осталось сил договорить. Он лишь продолжал шевелить губами, лишившись голоса.
Его взгляд расфокусировался, а руки ослабли. Джек же задрожал.
– Дэм… Дэмиан…
Он не узнал собственного голоса – таким разбитым тот был.
В этот момент в груди и в голове вампира все взорвалось, равно как и семьдесят лет назад, когда на его руках умерла самая ценная для него девушка.
Он уставился в глаза друга, и красный свет отразился в них. Сам не понимая, что произошло, Джек ошарашенно посмотрел на светящуюся рядом с ним курильницу, которая случайно из-за его силы стала предметом рассеивания.
Его руки задрожали, и вскоре он начал рыдать навзрыд, упав на бездыханную грудь друга.
В этот же момент Хиро очнулся, вскочив с кровати и закричав.
Зрение плыло, а голова гудела, он был мокрым и холодным от пота. Сердце билось как бешеное, словно он наяву пережил смерть.
Из его глаз ручьями текли слезы, и он, проморгавшись, уставился на курильницу рядом с кроватью.
– Он желал лишить меня сожалений, потому неосознанно стер воспоминания…
С этими словами Хиро вскочил и, не обуваясь, выбежал из комнаты.
Со всей силы распахнув дверь покоев Джека, он понял, что его здесь не было, но услышал тихое шептание Рин в соседней комнате и с криком поспешил туда.
– Джек!
Когда оказался в дверном проеме, он стал очевидцем того, как вампир плачет на плече девушки в белой сорочке, а та аккуратно гладит его по спине.
Заметив появление эльфа, она сразу подняла на него глаза. Кто это был: Хиро или Дэмиан, – неясно, вероятно, они оба слились воедино на время, потому Рин спросила на обливийском:
– Ты все вспомнил?
